В разговоре участвовали теперь оба стола. В маленькой кофейне это было делом обычным. Случалось порой, разговор захватывал всех, кто здесь находился. Недаром Хаки в шутку называл кофейню уста Хаджи «клубом».
– Ну ладно, молодежь, если уж вам так хочется. Приезжает один молодой человек из Франции, в кармане диплом – не шутка. Ну, думает, теперь я с образованием, буду как зрячий среди слепых, подберу себе хорошее место в Албании. Размечтался – куда там – уже чуть ли не министром себя видит. Да не тут-то было. Куда ни сунется, нигде его не берут. Года два так промыкался, к кому только не обращался, по горло увяз в долгах. Все никак не мог уразуметь, что тут без знакомства ничего не получишь. У нас ведь нынче о чем думает человек – не о каких-то там высоких материях, а о том, как бы полезным знакомством обзавестись. Есть у тебя рука где-нибудь, все двери для тебя открыты. Вот и развелось кругом столько прилипал, доносчиков да склочников. Ну да ладно, в конце концов и он нашел себе покровителя. Тот его пристроил председателем общинного управления где-то на Мати. Начал он работать, да вот секретаря нет. Сочиняет он письмо достопочтенному главе министерства внутренних дел, господину Мусе Юке, так мол и так, без секретаря никак нельзя, и ждет ответа. И вот в один прекрасный день появляется этакая дубина стоеросовая – в узких горских штанах, усы до ушей, тюляф в две ладони высотой, да на нем на два пальца жира и пота – и протягивает ему бумагу. Читает председатель и глазам не верит: согласно вашему прошению, номер такой-то от такого-то числа, господин такой-то назначается секретарем общинного управления. Видит председатель, что от этого секретаря толку не будет, но делать нечего. «Пожалуйте, – говорит, – принимайтесь за работу», – и показывает ему книги записей гражданского состояния, журнал протоколов, справки, в общем, все. «Лады», – отвечает тот, взгромождается с ногами на стул, словно турок какой, кладет перед собой кисет и попыхивает себе целый день, пускает дым в потолок. День проходят, другой – все то же самое. «Когда же за работу приметесь?» – «А делать-то чего?» – «Да вот же книги, протоколы…» – «Какие еще гниги да протыкалы? Я читать-писать не умею, а ты гниги!» – «Читать не умеете?» – «Но!» Схватился председатель за голову, бегом в свой кабинет и быстренько составил еще одну писульку. «Его превосходительству министру внутренних дел господину Мусе Юке. Господин такой-то, направленный в наше управление секретарем вашим приказом номер такой-то от такого-то числа, неграмотен, не умеет ни читать, ни писать и не в состоянии исполнять обязанности секретаря. Поскольку эти обязанности сложны и для их выполнения требуется человек компетентный, способный вести книги записей гражданского состояния, журнал протоколов и т. д. и т. п., прошу почтенное министерство назначить на это место более подходящего человека». Сунул письмо в конверт, вручил жандарму и ждет ответа. Через три дня получает телеграмму из министерства. «Господину председателю общинного управления. Учитывая, что обязанности секретаря сложны и необходим компетентный человек, назначаем вас секретарем, а нынешнего секретаря – председателем. Подпись: Муса Юка руку приложил».
Все, кто были в кофейне, дружно хохотали. Не выдержал даже уста Хаджи, который стоял, облокотившись о стойку. Он смеялся, вытирая глаза полотенцем, висевшим у него через плечо.
– У глупости и невежества пределов нет, – сказал Хаки. – Тут таких чудес можно ожидать, что нормальному человеку и во сне не приснятся!
– Да, ничего не скажешь! Сильно правительство, – насмешливо произнес Хамди.
– Да мы-то сами, выходит, сильнее, коли его терпим, – подхватил джа Хасан.
– Тс-с-с! Керим идет! – крикнул уста Хаджи.
– Ну, я пошел. – Джа Хасан поднялся, взял палку, прислоненную к стулу, и попрощался с каждым за руку. – Люди нынче свою биографию и ту позабыли, а эта сволочь ищет, как бы поподробнее узнать чужую.
– А кто этот Керим? – спросил Скэндер.
– Он из тех, о ком только после смерти можно сказать хорошее, – ответил джа Хасан.
– О таких и после смерти ничего хорошего не скажешь, – сказал Хамди.
– До свидания, молодой человек! Гляди там во все глаза, чтобы умным приехал. Уста, запиши за мной кофе Скэндера.
На пороге появился худой человек в кепке и кителе, в узких штанах, заправленных в черные сапоги. У него было по-лисьи вытянутое лицо, с тонкой ниточкой усов. Он сел за столик рядом со стойкой.
– Одно кофе, не очень сладкое.
– Сию минуту.
Человек внимательно посмотрел на джа Хасана, который, медленно волоча ноги, шел к выходу, потом перевел взгляд на Скэндера.
– Что за парень, вон там?
– Где?
– У окна.
– Хамди.
– Да не он, тот, другой.
– Ты его не знаешь?
– Нет.
– Да это же племянник Мусы-эфенди.
– Ну да!
В кофейню вошел миниатюрный человечек в новом, в обтяжку костюме, с тростью. Повеяло лавандой.
– А вот и господин Рефат, – сказал уста Хаджи, отходя от стола.
– Доброе утро, господин Керим!
– Доброе утро, господин Рефат.
– Что нового? – Вошедший присел к столику.
