– Деньги мне нужны, и я хочу их зарабатывать. Контрабанда, наркота. Сам понимаешь, серьезное дело, – стараясь сохранить спокойствие, сказал Ченцов. – Я не собирался, но раз уж так вышло… раз уж так карта легла… Я решил взять его дело под себя. Вместе с Герингом… Знаю, Роберт отстегивал на воровской «общак», и я не стану отказываться от этого.
Егорыч легким движением брови выразил приятное удивление. Никак не думал он, что какой-то фраер сам, без подсказки созреет для столь правильного решения. А если кто-то подсказал, то хорошо, что у него есть такие мудрые советчики.
– А не страшно брать под себя такое дело? – спросил он.
– Страшно, – честно признался Ченцов.
– Тогда зачем?
– Деньги нужны.
– Может, потому ты и грохнул Роберта, чтобы дело его прибрать?
В случайный исход Егор еще мог поверить. Ну, не срослось у Ченцова с Робертом, ну, вышел конфликт, одна из сторон оказалась решительнее и быстрее. Кто не зевал, тот и победил… А так, чтобы Роберта нарочно вывести из игры… Но, в то же время, откуда у Ченцова сила, способная решить с Робертом и его бойцами?..
– Я контрабандой занимался – сигареты, алкоголь. Мне этого хватало, – пожал плечами Денис. – Я и не думал… Но люди у меня, в принципе, были. С оружием. Контрабанда все-таки, то одно, то другое… У меня и опыт есть, и видение, я все как надо сделаю. И на ваш «общак» отстегивать буду… А если у тебя претензии ко мне какие-то, так я вроде как уже расплатился с тобой. Ты ведь получил триста тысяч?
– Было дело, – кивнул Егор. – И половину на «общак» загнал. У нас, у воров, так положено – снял с лоха «бабки», половину на общее благо положи.
Ченцов слегка поморщился. Вроде бы собеседник воровские правила ему объяснял, но в то же время унизил его, лохом назвал. И сделал это нарочно.
– Такой закон – с криминальных денег половину на «общак». Ты меня понимаешь?
– Да, понимаю, – в недобром предчувствии кивнул Ченцов.
– Наркота и контрабанда – чистой воды криминал. Дальше сам думай.
– Ну-у…
– Да, ты правильно все понял. Ты должен будешь отстегивать на «общак» пятьдесят процентов с чистой прибыли.
– Э-э, но это грабеж! – дернулся Ченцов. Хоть за голову хватайся! Он-то думал, десять-пятнадцать процентов надо отдавать, а тут – половина. Как нож в сердце!
– Такой закон, – беспощадным взглядом сверлил его Егор, – и его не изменишь.
– Но я не блатной, я по вашим законам не живу.
– Ты по лезвию ходишь, а завтра менты примут, и на «крытом» ответ придется держать, если против нашего закона шел. А если отстегивал, то с общего блага иметь будешь, и никто тебя даже пальцем не тронет. Ты меня понимаешь?
– Но пятьдесят процентов – это слишком! Накладные расходы, деньги людям, все такое… Если половину отдавать, зачем оно мне нужно?
– Не нужно – отвали в сторону, – небрежно усмехнулся Егорыч.
– Да придется… Только без меня на районе все развалится, цыгане придут, будут здесь толкать. Цыгане тебе сколько отстегивают?
– Тридцать.
– Ну, это еще куда ни шло…
– С тебя тридцать. А сколько я с цыган беру, это не твое дело.
– Ну, тридцать так тридцать… За наркоту?
– С легального бизнеса с тебя Карьял берет, ему и отстегивай. И контрабанду в ту же корзину. А наркота – чисто на воровской «общак»… Геринг тебя сдал, но ты его не гони. Он на тебя работать будет, твое слово для него – закон. Но вместе с тем и смотреть за тобой будет, так что, если попробуешь мимо кассы пронести… Ты очень сильно Марину обидел. Я тебе этого простить не могу. Если бы она за тебя не попросила, тебя бы уже черви доедали. Это ей спасибо за свою жизнь скажи, будь моя воля… А моя воля над нашим с тобой делом стоит. Будет все нормально – живи, если нет, я тебя выведу. Ты меня понимаешь?
Ченцов кивнул. Да, ему все ясно, поэтому он принимает воровскую волю. Может, он тоже крутой, но против Егорыча ему пока не потянуть. Пока…
Пять лет учебы позади, экзамены сданы, красный диплом экономиста на руках, выпускной в самом разгаре, впереди – самостоятельная жизнь. Казалось бы, Марина мечтала об этом счастливом дне, но вдруг стало пронзительно грустно. Долго тянулись эти годы, и столько всего произошло. Познала радость первой любви, от плода которой избавилась в клинике, хлебнула горечь разочарования и предательства, прошла через боль и унижения. Если бы не Егор, ее жизнь могла превратиться в ад. Жила бы сейчас в подвале у Ченцова, отдавалась бы ему за дозу. А может, уже и умерла бы. Наркоманы, говорят, долго не живут…
– Привет! – тронул кто-то Марину за локоть.
Ночной клуб арендовали под выпускной вечер, здесь все свои, кого она знала, с теми уже повидалась, и непонятно, кто мог ее побеспокоить. Вдруг это Саша?.. Он ей не нужен, она терпеть его не может, но все равно неплохо бы увидеть его на этом чужом для него празднике жизни.
И все-таки сердце ухнуло в груди, когда она действительно увидела Сашу. Да, это был он – все такой же красивый и стройный, с такой же ослепительной улыбкой. Только не нужен он Марине. Она Егора любит… А Саша пусть проваливает! И вообще, какого черта она ему улыбается?
