Он быстро нашел свою подопечную. Маячок указывал ему путь, словно нимфа была у него на длинном поводке. Гретта сидела на уже знакомых ей качелях, опустив голову вниз и обхватив свои обнаженные плечи. Увидев эту картину, Лан зарычал, словно рассерженный лев.
– У тебя вообще голова на плечах есть?! – прошипел он низким голосом. Вновь получился рык. – Ты что творишь?! – сорвав с себя тяжелое пальто, император укрыл им хрупкие плечи девушки. Гретта практически утонула в вещи, которая ему была как раз. Лан укутал её в теплую ткань, как в одеяло.
– Я не пойду замуж, – пробормотала она слабым голосом. Даже головы не подняла, не обратила внимания на появление Лана. Редко кто осмеливается игнорировать его присутствие, а уж когда он не в настроении, такого вообще не происходит.
– Не пойдешь, не пойдешь, – пробубнил Лан, подхватывая на руки серый кокон, в верхней части которого виднелась макушка с блестящими коричневыми волосами.
– Ты меня обманул, – причитала нимфа, словно не замечая, что её несут. Её зубы стучали так, что это было слышно на расстоянии. Как же она замерзла!
– Я не обманывал, – отрезал Лан.
– Твоя сестра сказала, что меня нужно выдать замуж и отправить куда подальше, – очень тихо прошептала девушка севшим голосом.
– А я тебе говорю, что без твоего согласия я не выдам тебя замуж, – заверил её император. – Что тебе важнее: мои слова или болтовня моей сестры?
Нимфа ничего не ответила. Лан почти бегом добрался до своих покоев и приказал подготовить ванну. Гретту нужно согреть, нельзя допускать, чтобы она заболела. Проклятье! Как можно было допустить, чтобы полураздетая девчонка выбежала на улицу в такой холод?! Куда смотрела стража?! Почему никто её не остановил?!
Пока слуги занимались ванной комнатой, император поставил девушку на пол и снял с нее свое пальто. Гретта зябко осматривалась, скользя немного удивленным взглядам по его личным покоям. Не сразу Лан догадался, что нимфа впервые попала в императорские комнаты. Сюда имеют доступ только слуги высшего эшелона, члены семьи и знать, входящая в ближний круг. Даже любовниц Регаллан посещал в других комнатах, не приводил в свою обитель. Спать в личных комнатах императора имеет право только законная жена, ну или сестры. Крида, когда была маленькая, любила приходить к нему под утра и спать под боком. В детстве она боялась темноты.
Наконец, ванна готова. Гретта, казалось, была немного не в себе. Взгляд затуманенный, неосознанный, словно она не здесь. Сморит на его мебель, изготовленную из самых дорогих пород дерева, будто сквозь пелену.
– Всем выйти! – крикнул Лан, и слуги гуськом вышли из покоев. Император подхватил девушку и, удерживая её за талию, внес свою ношу в ванную. Воздух здесь горячий, насыщенный, тяжелый. То, что нужно, чтобы согреться. Не желая терять ни секунды, Лан рванул шнуровку на платье, легко разорвав нежную ткань.
Глава 32
– Что ты делаешь?! – тут же вскинулась нимфа, ожив и вдруг сделав попытку повернуться.
– Купаю тебя, – ответил император, стаскивая платье через ноги. Подопечная осталась перед ним в одном лишь белье: в нижних штанишках выше колена и в изящном бюстгальтере, пошитом специально для нее заграничными мастерами.
– Лан! – испуганно вскрикнула девушка, когда маг ловко стянул с неё верхнюю часть белья, оставляя красавицу с обнаженной грудью. Он старался не думать о её теле, но это невозможно. Хрупкие, нежные плечи, узкая спина, плавно сужающаяся до тонкой, изящной талии. Широкие соблазнительные бедра манили, притягивали взгляд и будто бы призывали потрогать их, прижаться к упругим ягодицам своим твердым пахом… Черт! Нельзя об этом думать. Нельзя. Не время.
– Лан, что ты творишь?! – воскликнула Гретта, когда он снял с неё последнюю деталь одежды, прикрывавшую самые интимные участки тела. – Мама! – взвизгнула девушка, глаза её испуганно округлились.
– Успокойся, – раздраженно бросил Лан, подхватывая свою подопечную и осторожно опуская её обнаженное тело в горячую воду. Гретта вздрогнула, громко выдохнула и все же послушно легла в ванну. – Хватило же ума выйти на мороз в таком виде! – отчитывал её император. – А если ты заболеешь?! А если начнется воспаление легких?! В конце концов, зачем ты сидела в этом тонком платье на деревянных качелях?! – после той их прогулки подушку с сидения убрали, вполне логично рассудив, что зимой никто не будет кататься на качелях.
– А что могло случиться? – словно издеваясь, спросила нимфа, не глядя на него. – Боишься, что я могла примерзнуть, и тебе пришлось бы отдирать мои ягодицы от досок?
– Не говори ерунды! – прикрикнул Лан, раздраженный словами девушки. Честное слово, захотелось вынуть её из воды и отшлепать, как непослушного ребенка. – Женщинам нельзя сидеть на холодных поверхностях, в твоем возрасте стыдно этого не знать. Тебе ещё детей рожать. Застудишь себе женские органы и сломаешь всю жизнь.
– Рожать детей от мужа, которого ты мне выберешь? – нимфа подняла на императора мрачный, тяжелый взгляд. Никогда прежде Лан не видел в её глазах такой темной злобы, смешанной с отчаянием.
