Наступил август — золотая пора фруктов и винограда. На плантациях созрели тяжеловесные гроздья «сербаша», «шабаша», «чауса». Сразу за ними поспели другие сорта винограда: «рислинг», «алиготе», «мускат», «шасла», «сильване».
Мегудин поторапливал строителей:
— Виноград уже созревает. Ни на минуту опаздывать нельзя.
Выяснив некоторые вопросы с инженерами-консультантами, которые были приглашены с городского винного завода, он приказал начать монтаж машин и станков. В главном корпусе установили в три ряда автоматы и прессы. По соседству поставили пульт управления. Прибывшая из города комиссия проверила технику и рабочих, овладевших новыми профессиями, — как они выполняют свои новые производственные функции. Работа шла ритмично и слаженно; хотя некоторым работникам надо было еще подучиться, но время не ждало.
К установленному сроку завод был пущен.
На рассвете, когда полеводы, животноводы, садоводы, виноградари направились на свои новые рабочие места, протяжный гудок возвестил о рождении в колхозе первого завода.
Как обычно, после гудка рабочие становились к своим машинам, автоматам, прессам, которые должны были в одну смену переработать двести пятьдесят тонн винограда. А в разливочном цехе за эти часы уже будут стоять двадцать тысяч бутылок с вином. Для сохранения продукции винного завода ускоренными темпами был построен большой винный погреб с деревянными галереями, который мог вместить свыше двух тысяч декалитров вина разных сортов.
Как ни велико было хозяйство колхоза «Дружба народов», которое раскинулось на тридцать пять километров в длину и на двенадцать в ширину, Мегудин никого и ничего не выпускал из поля зрения.
Однажды он заметил трех парней, которые ходили по деревням и поселкам в поисках работы, как строители-шабашники. Один из них был местный житель, по национальности чех; его дед в прошлом веке с двумя другими семействами покинул родину и переселился в неосвоенные крымские степи, где в то время начинали селиться иностранные колонисты. Мегудин обратил внимание на этого парня — белокурого, стройного, звали его Николай Фридрихов. Узнав, что он мастеровой, увлекается моторами разных машин, пригласил его на работу в колхоз.
— Подучись, люди такие, как ты, разбирающиеся в технике, у нас на вес золота, — сказал Мегудин. — Видишь, мы строим консервный завод, заказали мощные холодильники, чтобы хранить фрукты и виноград, будем еще строить и строить.
Через некоторое время удалось заменить пресс винного завода на более совершенный.
У Фридрихова возникла мысль использовать старый пресс для отжимки яблочного сока. Он переконструировал его, приспособил к новым производственным задачам и направился с чертежами и экономически обоснованными расчетами к Мегудину.
Внимательно выслушав парня, Мегудин предложил еще раз вместе с двумя специалистами испытать, проверить пресс — так ли все получается? Убедившись, что все правильно, он одобрил предложение Николая.
— Это ведь ценная инициатива, она обойдется недорого, а пользу принесет большую. Нестандартных яблок у нас немало. Они гниют, в лучшем случае мы ими кормим скот. Хорошие яблоки мы сохраним в холодильных установках, они пролежат там до весны, и, когда нигде уже фруктов не будет, мы дадим народу полноценные яблоки.
Юффа подсчитал, сколько прибыли может принести каждый килограмм нестандартных яблок.
— Целый клад, не правда ли? — Мегудин был явно доволен.
— А во сколько обойдется нам хранение до весны в холодильных камерах одного центнера яблок? — поинтересовался Фридрихов.
— Всего рубль шестьдесят копеек.
Фридрихов был очень польщен тем, что Илья Абрамович беседует с ним как со специалистом, проявляет столько доверия к нему и его изобретению. В свободном углу одного из цехов он установил старый пресс и сразу приступил к работе.
Через некоторое время Мегудин вошел в «филиал» завода, который Фридрихов оборудовал собственными руками, и сказал парню:
— Сто пятьдесят тонн пастеризованного яблочного сока мы уже получили.
Фридрихов чуть не заплясал от радости.
— Это ценная находка, поистине ценная, — без конца повторял Мегудин. — Все, что мы создаем, — прибыльно.
Мегудин был безмерно рад тому, что парень, которого случайно встретил, пристроился к делу, так хорошо себя проявил…
Как только поступили в колхоз холодильники, он вызвал Николая Фридрихова и сказал:
— Теперь, Николай Васильевич, ты можешь заняться непосредственно работой по своей специальности. Прибыли холодильники, надо их установить.
— Какова их емкость?
— Мы построили тридцать две камеры, в каждую из них войдет восемьдесят тонн! — ответил Мегудин.
— Отлично!
Вскоре поступили новые холодильные установки, они были мощнее первых — на тысячу триста тонн каждая. Их конструкция была проста, а экономили они десятки тысяч рублей.
