Делегации и гости, приезжающие почти каждый день со всех концов страны и из-за рубежа, знакомство с хозяйством «Дружбы народов» всегда начинали с посещения этой хатки. Первопроходец колхозной жизни Матвей Федосеевич Абрамов охотно рассказывал им легенды и притчи о прежней жизни в Таврии, услышанные им от своих предков, делился воспоминаниями о том, чему был очевидцем. Старик не перестает удивляться, как сильно разрослась Петровка за последние годы. С одного конца она дошла до железнодорожной станции Урожайная, с другого — вытянулась далеко в степь.
Ушли в далекое прошлое сохи, косы, молотильные камни. И даже дома, сравнительно недавно появившиеся в Петровке, уже тоже видятся как вчерашний день.
— Надо строить такие дома, как в городе, — сказал Илья Абрамович на очередном заседании правления. — Надо освободить наших жен от многих забот — топить печку зимой, печь дома хлеб, носить воду, стирать. Пора строить город по последнему слову техники: с домами со всеми удобствами.
На правлении разгорелись страстные споры:
— Как можно разместить все отделения колхоза в одном городе, когда у нас имеются восемь отделений, разбросанных на десятки километров? Разве только построить метро, как в Москве, тогда люди смогут своевременно являться на работу, — раздавались голоса.
— Все восемь отделений селить в одном городе пока нет надобности, — ответил Мегудин. — Город, я думаю, нужно построить главным образом в центре, где размещена промышленность колхоза. А пользоваться бытовыми и культурными учреждениями будут все. Мы пустим автобусы, и добираться к нам будет легко.
— А как будет с приусадебными участками? Разве вы думаете их отменить? — спросил Гриценко. — Неужели вы думаете, что наши колхозники согласятся забираться в клетушку на третий или четвертый этаж? Они привыкли чувствовать землю под ногами, видеть деревцо перед окнами, а вы хотите сделать из них городских жителей…
— Наш колхозник уже не такой, каким был десять или даже пять лет тому назад, — вмешался Колесниченко. — Он уже мало отличается от городского жителя, машина у него вошла в быт…
— К машинам он привык, но от земли не отвык, — снова подал голос Гриценко. — Сколько бы он ни работал в колхозном саду, он хочет, чтобы у него дома был палисадник с фруктовыми деревьями, хочет в свободное время копаться в нем.
— Кто хочет иметь палисадник, может оставаться на своем месте, — перебил его Мегудин, — пусть себе на здоровье копается в палисаднике.
— Почему он не может жить со всеми удобствами в городе и иметь участок земли и несколько фруктовых деревьев? — спросил Гриценко. — Почему, скажем, тракторист, комбайнер или работник другой профессии не может после работы повозиться в своем палисаднике, если это ему доставляет удовольствие?
— Я думаю, что вы, Александр Лаврентьевич, преувеличиваете собственническую психологию наших колхозников. Такие увлечения, возможно, могут быть у старшего поколения хлеборобов, а молодежь, приходя с работы, хочет отдохнуть, повеселиться. Нам дорог каждый клочок земли, и крошить его на приусадебные участки и садики нет никакого смысла, — заметил Мегудин.
— Это неверная точка зрения! — воскликнул Гриценко. — Почему мы должны строить многоэтажные дома, когда можно строить одноэтажные для каждой семьи, с небольшим садом, который украшал бы двор? Я слышал, что в тех двух агрогородах, которые когда-то планировали построить, предусматривались приусадебные участки для небольших садов.
— Это ведь было давно, почти двадцать лет тому назад, тогда у колхозников еще были свои коровы, — напомнил Мегудин. — Но, как вы знаете, Александр Лаврентьевич, колхозники сами просили, чтобы мы забрали у них коров. А об огородах со временем подумаем.
…Спор с Гриценко о приусадебных участках затянулся. Со всех сторон сыпались вопросы:
— За сколько времени построят город? Нужно ли будет каждому, кто получит квартиру, выплатить за нее какой-то взнос? Нужно ли будет платить квартплату?
— А как назовут город? Есть ли уже такие города? Есть ли в новых квартирах печки? Есть ли погреба?
— Да, да, это важный вопрос, ибо в пекарне не выпекут такой хлеб на поду, как в домашней печке, — послышался голос.
Заседание затянулось допоздна.
Когда правление окончательно приняло решение построить город и эта идея была поддержана руководящими организациями, приступили к составлению планов и смет. Через какое-то время они были утверждены, и в Петровку приехали видные архитекторы из Москвы и Ленинграда.
