Не терпелось зайти к Иоське домой, но он побаивался. После долгих раздумий Илюсик решил подождать, может, все-таки встретится с ним в школе. Но Иоська опять не явился на занятия.
В этот раз учитель вызвал Илюсика к доске, он отвечал уверенно, четко, без запинки.
— Кто тебе передает домашние задания, когда ты не ходишь в школу? — спросил его учитель.
— Раньше ко мне каждый день приходил Иоська Кимблак, теперь никто не приходит…
— А как же ты готовишь уроки? Кто тебе помогает?
— Никто. Сам понемногу готовлю по учебнику.
— А почему Иоська Кимблак не приходит в школу? Он заболел?
— Не знаю.
— Как это ты не знаешь, ведь он твой друг?
— Мы с ним поссорились.
— Из-за чего же?
— Просто так…
— Скажи, пожалуйста, что значит просто так? Может, он тебя обидел?
— Нет.
— Так в чем же дело?
— Я хочу с ним помириться.
— Так и надо. Очень плохо, что не интересуешься, почему он в школу не ходит. Прошу тебя зайти к нему домой и узнать, что с ним случилось.
Илюсик слушал учителя опустив голову.
— Хорошо, я зайду, — пообещал он.
На пороге Иоськиного дома Илюсика встретила Этя:
— Вот гость какой! Почему так долго не заходил?
— Некогда было…
— Тоже нашелся занятой человек! Ты лучше скажи, за что Иоську так избил?
— Он меня тоже избил.
— Значит, вы квиты… Ну, проходи, проходи, чего стоишь?
— А Иоська что, болен?
— Нет, подожди немного, он скоро придет.
От горя и свалившихся на нее забот лицо Эти осунулось. Она спросила:
— Ну как у вас дома? Что-то давно маму не видно.
— Она немного приболела…
Вдруг дверь отворилась, и в комнату вошел Иоська.
Илюсик бросился к нему.
— Почему ты не приходишь в школу? Почему не заходишь ко мне? — он спрашивал Иоську так, будто они совсем не ссорились. — Учитель просил узнать, что с тобой…
— В школу я больше ходить не буду.
— Почему?
— Я должен помогать маме, мы ведь скоро уезжаем в Америку.
— В Америку? — переспросил ошарашенный Илюсик. — Это, наверное, очень далеко?
— Да, далеко, так далеко, что когда у нас день — у них ночь, а когда у них ночь — у нас день. Мы будем ехать туда три недели: сначала поездом, а потом пароходом.
— А почему вы уезжаете так далеко?
— Там живет мой дядя. Он прислал письмо и приглашает нас переехать к нему. В письмо дядя вложил шифкарту[4]. Там нарисовано море и кораблик. Я бы показал тебе, только мама ее спрятала.
— А что вы там будете делать, в Америке?
— Дядя пишет, что он нас устроит.
— Ты не знаешь, в Америке тоже была революция?
— Не знаю… Если не была, то, наверное, будет.
…Возбужденный этой вестью, Илюсик побежал домой.
— Вы знаете, Иоська уезжает в Америку!.. Он уже не ходит в школу и помогает матери собираться в дорогу, — едва отдышавшись, сказал он родителям.
— Что ты говоришь! — воскликнула Зельда. — Это ведь так далеко, на краю света… Я слышала, что у Эти там живет брат. Он, наверное, узнал об их горе и решил помочь. Надо было давно проведать ее. Я все время собиралась, но никак не могла выбраться. Столько дел, что даже не знаю, на каком я свете.
— Пойди, обязательно пойди, — вмешался Авраам, — узнай, не нужно ли им чем-нибудь помочь. Мы ведь им деньги должны. Покойный Моисей, царство ему небесное, нас тогда так выручил… Надо немедленно им отдать долг, ведь деньги могут в пути пригодиться.
— Я пойду с мамой, — заявил Илюсик, — мне хочется посмотреть на шифкарту. Иоська говорит, что там нарисован корабль… Папа, ты когда-нибудь видел настоящий корабль?
— Нет, не видел. У нас тут нет кораблей. Они плавают по морям и большим рекам.
Мотя взял учебник географии и стал рассматривать карту.
— Вот тут Америка, — указал он, — она со всех сторон окружена водой.
— Так мир устроен, — сказал Авраам, — воды больше, чем земли. Лучше было бы все наоборот. Тогда бы и нам, может быть, достался клочочек земли.
Илюсик с нетерпением ждал наступления весны. Отец говорил, что весной будут делить помещичью землю и они тоже смогут получить хотя бы небольшой участок. Он ждал, что вот-вот отец разбудит их рано утром и скажет: «Ну, дети, пора вставать, сейчас запряжем лошадь и поедем пахать». Но проходит день за днем, а он будто забыл об этом. Так прошла весна.
По целым дням Авраам мотался на своих дрожках, то спешил на вокзал к поезду за пассажирами, то к рынку или к какому-нибудь складу, — может, надо кому-то перевезти груз.
Вдруг он услышал, что на панской земле выделяют участки под огороды.
— Надо было и нам похлопотать, — говорили ему извозчики. — Сходи туда.
— Да, да, надо сходить, — соглашался Авраам, но никак выбраться не мог.
— Ты уже был в имении? — приставал к нему Илюсик. — Когда ты наконец соберешься?
— Пойду, пойду, сынок, — отвечал он.
Как-то, когда Илюсик особенно приставал к отцу, вмешалась Зельда:
— Ну, сходи наконец, почему так долго собираешься? Ведь все тебя просят, может, и в самом деле можно выхлопотать клочок земли…
— Ладно, пойду, обязательно пойду, — твердо пообещал Авраам.
— Знаешь, папа, ты иди в имение, а мы с Мишкой вместо тебя поедем на вокзал. Если подвернется заработок, мы его не упустим.
— Хорошо, хорошо, — согласился Авраам.
