Это может показаться довольно странным тем, кто по-настоящему любит Клайва Льюиса (речь, конечно, о нем) и давно вчитывается в его строки. Чем лучше вы знакомитесь с автором, его довольно своеобразным мировоззрением, специфическим языком и манерой излагать свои мысли, тем менее понятным делается то признание, которым Льюис пользуется повсеместно.
Даже совсем не владея его биографией, по одним только текстам можно без труда догадаться, что наш герой был исключительно сложным человеком. Его логика, несмотря на весь профессионализм (Льюис был высокообразованным человеком, даже рафинированным интеллектуалом, преподавал в Оксфорде и Кембридже), очень часто не выдерживает критики. Художественный дар этого властителя дум можно, во всяком случае, поставить под сомнение. Льюис подарил нам одно поистине гениальное по части содержания и формы сочинение, но очень маленькое; литературный строй “Хроник Нарнии” — известнейшей из его книг — чудовищно неровен; другие попытки в области изящной словесности еще менее удачны. Наконец, его образ жизни можно смело назвать замкнутым. До сих пор нам известно об этом человеке немногим более, чем пятьдесят лет назад, и то, что мы знаем, скорее, трогательно или непонятно, нежели сенсационно. Во всяком случае, не поражает воображение.
Возможно, здесь мы встречаемся с чудом. Делом всей сознательной жизни Клайва Льюиса была проповедь: если не всегда — христианства, то, по крайности, так называемых христианских ценностей. Льюис считал эти ценности общечеловеческими, что абсолютно нормально для христианина, не совсем обычно для ученого и совершенно дико для знаменитого писателя. Более того, как проповедник, Льюис придерживался очень умеренных и даже скучных взглядов. Его проповедь, скажем, не имеет коммерческой ценности. Как литератор, он, напротив, мог рассчитывать на резкое неприятие большинства читателей, которым религиозное нравоучение, проданное под видом бульварных романов, должно было бы показаться обидным и даже нечестным.
Однако, нашего героя читают, и еще как. По объему тиражей его приходится признать величайшим писателем XX в. Книги Льюиса переведены на все мировые языки; каждый год в печать выходит более миллиона томов его сочинений. Одни лишь “Хроники Нарнии” изданы в количестве более ста миллионов копий. Либо, несмотря на все свои замечательные особенности, в глубине души люди хотят верить “сказкам о Боге”, либо дело Льюиса этому Богу угодно и будет процветать впредь, вопреки всем известным социальным законам. В любом случае, такой человек, безусловно, достоин самого пристального внимания. Похоже, он и впрямь что-то знает, и может оказаться полезным.