Прошло около часа, когда Галицкая, полностью собравшись, села за широкий кухонный стол, где её уже ожидали соседки, и приготовилась приступить к завтраку. Закрепив чёрный галстук серебряным зажимом к белой рубашке, она заправила её в пышную угольную юбку длиной до середины бёдер и покрутила в пальцах браслет из серебра, свободно свисающий с запястья правой руки, отчего-то решив погрузиться в его историю. Утомлённая перелётом, плохим сном на новой кровати с ужасно твёрдым матрасом, и, к тому же, занятая тоскливыми мыслями о прошлом, петербурженка не заметила насколько ядрёный запах исходил от предложенного блюда и спокойно отправила ложку в рот, о чём вскоре пожалела. Острота еды, подумалось, насквозь прожгла непривыкшие к ней горло, язык и внутренние стороны щёк, а глаза же, по ощущениям, налились горячей кровью вместо жгучих слёз.
— Ои-и… — в предвещающем страхе протянула Мали, испугано прикрыв рот ладонью. Воспоминания о недавнем инциденте ещё были свежи и заставляли хрупких магичек сжиматься от предполагаемой участи, что, по идее, должна была случиться с минуты на минуту.
— С-согласна, зря мы забыть сказать об это… — встревоженно промолвила Ван вполголоса и, отойдя от первого шока, осторожно подала иностранке салфетку двумя трясущимися руками, пока Саенгдао тем же образом безмолвно протянула темничке стакан молока.
— Это что такое, матерь дьявольская?! — Выплюнув невыносимое для поедания блюдо и залив прожигающие внутренности «противоядием», яростно прокричала Доминика.
— «Пад крапао муу», Пи’… Свинья, жаренная с листья б-базилик и рыбный соусы, чесноки и перцы чили… И рис… туда идёт… гарнир.
— Я прошу прощения, сколько вы туда перца с чесноком нашинковали?! Килограмм и маленький пакетик?!
— Ч-четыре острый перец и два кратхиам канпхлу… Как рецепт идти… — Дрожащим голосом выдавила из себя полудемоница, после чего поспешила извиниться: — Кхотхо-о на кха! Я забыть, что вы такое есть любить не все и тхам а-ахан обычное блюдо наш!
— Чёрт, вы же почти все здесь «остроеды»… забыла совсем, — цокнула Ника, немного оправившись от неприятных ощущений и вновь прополоскала горло молоком. — Да после такой еды не то что гастрит — сразу язва будет! Как вы это едите?
— Медленно… чуть-чуть… тянуть на много части, — перечислила способы поедания блюд своего народа Вансаусуй, вновь потупив взгляд.
— Ладно, я поняла, претензиями раскидываться не буду. Попроси кого-то из девочек съесть это за меня, если кто-то ещё голоден, а я приготовлю что-то из того, что подарили мне друзья перед отлётом.
Покончив с лёгким завтраком, Дома быстро обулась в громоздкие чёрные кроссовки с белой подошвой и встала у выхода, договорившись с новыми подругами пойти в школу вместе. Ожидая готовности соседок, которые с пять минут назад разбрелись по разным комнатам переодеваться, Галицкая вновь задумалась над ценностью её браслета в данной стране.
«Мама, либо что-то знала, даря мне его тогда, что достаточно логично звучит, либо просто была очень предусмотрительной… не думаю, что дело во втором, хоть так, по сути, должно быть правильно… — промелькнула в сознании тоскливая мысль. В глазах неприятно кольнуло, но девушка быстро избавилась от ненужный сейчас чувств несколькими резкими взмахами рук, обдавших лицо прохладой. — Так, только не сейчас, Домик, только не в первый учебный день на новом месте! До этого ты прекрасно притворялась ни о чём, кроме расставания с друзьями, не тревожащейся дурочкой, продолжай в том же духе!»
Вскоре в гостиную вернулась самая младшая из девочек — Звёздочка Саенгдао, чьи светлые блондинистые волосы крупными локонами опадали на миниатюрные плечи, а смущённый взгляд светло-карих глаз заряжал своеобразным спокойствием. Магичка надела симпатичное приталенное платье белого цвета, со свободной юбкой чуть выше колена, прямым вырезом на груди и пухлыми короткими рукавами. Макияж на её лице практически отсутствовал, за исключением слегка подкрашенных тушью ресниц и бальзама на объёмных губах. Немного подумав, Доминика вспомнила, что вчера Пхат перевёл фамилию Лаван как "красивая девушка" и попыталась произнести ту её часть, которая это обозначало, чтобы сделать Дао комплимент, чем заметно улучшила её настроение и усилила розоватость на округлых щёчках.
Следующей в гостиную вошла Мали, волосы которой, ранее свободно собранные в пучок, теперь были заплетены в низкую небрежную косичку, а застенчивый взгляд скромно разглядывал поверхность пола. Девушка охотно прятала свою одежду, обхватывая плечи скрещенными между собой руками, но Ника всё равно разглядела плотно облегающий немаленькую грудь персиковый топ с трапецевидным вырезом, плавно перетекающий в широкие джинсы, что выгодно подчёркивали её природную красоту, красоту её способности. Не желая выделять кого-то из девочек, она похвалила и внешний вид этой барышни тоже, на что вновь заметила искреннюю радость в глазах.
