Кивнув куда-то в сторону дверей, таец через силу повёл за собой всё ещё упорно молчавшую магичку, крепко удерживая её за всё тело. Нисан же покорно пошёл сам, не имея причин для отказа. Тхэ завёл темников в пустой класс и, воспользовавшись телекинезом, закрыл дверь, а приставив Доминику к ближайшей парте, требовательно взглянул на младшего.
— Ну, подробностей я не знаю… Может, так и сказал, как вы предположили — с господином директором только госпожа учительница беседовала. А в итоге да, он нам помог, дверь в комнату для перемещения пропустил и силы потратил. Только же дело не в этом! Там…
— Сан, сгинь по-хорошему, пока срочное переливание крови не потребовалось, — прошипела Ника, вновь попытав удачу в скидывании со своего тела чужих грузных рук. Безуспешно.
— Сау, помолчи. Сан, говори, — настойчиво процедил Прасет, кивнув мальчику. — И поубавь уважения, не до лишних обращений сейчас. Просто на «Пи’».
— Храни меня Будда и Тёмный принц, мне страшно! — Куснув палец, проверещал Нисан и начал стремительно выбирать сторону, встав на которую, он не отхватил бы от другой.
— Рассказывай, Нонг’. За неё не переживай, я крепко держу — не сорвётся, — указав подбородком на вновь затихшую подругу, убедительно строго произнёс Сет.
— Захлопни варежку, Сан! — Разъярённо взревела в ответ Дома, чуть приподняв вольно лежащую на собственной груди голову.
А разум её в этот момент затмевала лишь одна мысль: он возненавидит отца ещё сильнее и точно не отпустит её к нему, решив разобраться во всём самостоятельно, но сделает только хуже. По душе такой вариант девушке не приходился.
— У-у меня нет варежек, Пи’! — Встревоженно возопил Нисан, содрогнувшись всем телом. — Хорошо… Пи’Прасет, держите, пожалуйста, Пи’Сыадам как можно крепче, я расскажу! Пи’Сыадам, будьте спокойнее, вы сами разрешали!
Наследник пообещал почти прямому подопечному его защиту и тот выложил всё, что знал: начиная походом в музей и заканчивая допросом у «следования». Пхантхэ слушал, мрачнея с каждым вздохом торопливого рассказчика, пока не услышал кроткое: «Всё». Помолчав с полминуты в тягостных раздумьях, Тхэ с силой дал иностранке в лоб ладонью и возмутился тихим басом, склонившись к самому её уху:
— Ты, Галицкая, вообще обезумила?
Темничка отвечать не спешила и, лишь зло поджав губы, продолжала смотреть в одну точку. Она понимала, что маг уже догадался о её намерениях, как понимала и причины, по которым сейчас он ей делать этого не даёт. Тяжело было признавать, но она даже постепенно переходила на его сторону, признавая собственную глупость в отношении этого дела.
— Я тебя спрашиваю, Доминика. На вопрос отвечай, — Прасет откровенно рычал, еле сдерживая себя от нежелательных слов в её сторону.
— Да! — Вскричала магичка, посмотрев на Сета тяжёлым болезненным взглядом. — Да, я обезумила! Да, сошла с ума! Да, я импульсивная дура, не умеющая думать своим маленьким идиотским мозгом! Но и ты меня, чтоб меня, пойми, Сет! Хиа, я
Под конец душераздирающего монолога она уже не кричала. Говорила вполголоса, хрипло, беззащитно, глядя на друга со слезами на уставших от жизни глазах, что у парня самого взгляд пеленой слёз покрылся, а душа сжалась так, что всё нутро болело. Сморщившись, он отвернулся, но держать Нику за плечи и талию не переставал.
— Но всё равно, Ник… — выдавил из себя, едва не задыхаясь от усилий, которые для этого приложил. Говорил полушёпотом, чтобы слова до самого сердца её дошли из-за глубины. — Нельзя так, понимаешь? Тебе сначала нужно всё обдумать, нельзя такое решение принимать импульсивно, на ходу за пять секунд. Ты хочешь обвинить директора в недобросовестных поступках, угрозах и… всём этом. Если это не докажут — тебе придётся несладко. Я переживаю за тебя, Ника.
— Я знаю, Сет, — Доминика уже не сдерживалась. Слёзы струились по щекам, голос дрожал, а тело всё больше слабело, почти полностью положившись на темника. — Я поступила опрометчиво, глупо, но… Сет, боже, прости!
Недавний тихий плач превратился в судорожные рыдания. Дома смотрела на Пхантхэ виноватыми красными глазами, изогнув брови домиком в раскаянии, осознании собственной вины. Она рывком уткнулась в грудь парня лбом, крепко обнимая того за талию, цепляясь руками всё сильнее, беззащитнее и сразу ощутила ответное кольцо рук на своих плечах. Девушка рыдала громко, не тревожась за свой имидж или что-то ещё более глупое в такой ситуации. Тхэ незаметно для приятельницы и сам пустил слезу, прижав голову подруги ещё ближе к себе.
