Подающая надежды (СИ) полностью

— Отец поможет, он знает, что делать. — Сухо бросил Сет, опустив вниз глаза, которые неожиданно почернели, налились злобой и словно бы невысказанной болью.

— И как скоро преподы догадаются его вызвать? — С опаской уточнила новенькая, сощурившись на переменившегося в лице парня.

— Как только сами всё перепробуют. Примерно через час.

— Что, мать собачья, сын котячий?! Скотский ты Парест, ну какой же ты идиот! — Хватаясь за голову, безнадёжно взвыла Дома, чуть ли не падая коленями на заснеженную землю. — Раз такое умеешь, то мог бы и в свою очередь мне как-то подло отомстить, а не злорадствовать над своим «успехом», когда и сам под влиянием находишься без возможности самостоятельного возвращения обратно!

— Не стоит попусту ругаться и нервы на ярость тратить. Будешь хорошо себя вести — я призову отца раньше, чем ты успеешь превратиться в чудесное мороженое для вампиров и оборотней нашей школы.

— А сразу это сделать вообще не вариант?

— Не-а.

— Горгулья ты костлявая, Парест, — уже несколько устало, без былой свирепости прошипела магичка, раздражённого закатив глаза и обиженно повернувшись спиной к сострадальцу.

— Да не обзывайся ты, обидно же, в самом деле! — Слишком по-детски взбунтовался сын директора. — По правде, я не от простого злорадства не хочу его звать, просто сейчас отец далеко за периметром ТМШ, даже не в столице. В районе Бангкока он окажется только через полчаса.

— Ещё лучше! — Выдохнув очередной густой глубок пара, резко развела руки Галицкая, но скоро вернула их обратно подмышки.

— Я вот всё думаю, а вашу чрезмерно успевающую в делах магических особу, что это, разве не учили согревать себя самостоятельно при помощи этой самой Магии? — Сделав короткий шаг со скрещенными на груди руками к Доминике, усмехнулся маг.

— Я начала проходить самосогрев незадолго до переезда сюда, ибо никто из учителей, да и я, в том числе, ранее не видели в этом ярой необходимости. Потому что за все годы жизни в Питере я успела выработать иммунитет к холоду. — Немного помолчав, девушка опустила взгляд и тихо буркнула, добавляя: — Как я раньше думала.

На это Прасет, стоящий за её спиной, увеселёно хмыкнул, уставившись на поникшую магичку словно растроганно, наблюдая за слабой стороной удивительно сильной девочки. Ника же стала судорожно растирать плечи ладонями, опустив взгляд в левый нижний угол. Пока она думала лишь об обиде и пробирающем до самого основания морозе, парень, наконец, добился своего — проник в чужую голову, но, даже успешно совершив задуманное, не спешил рыться в её старых воспоминаниях или секретах, а зашёл в «раздел» настоящих мыслей, решив подслушать разговоры Домы с самой собой.

«Вот он дылда из костей и кожи! И даже кофтой не делится, енот прыщавый. Ох, как ему достанется, когда мы отсюда выберемся! Нет, сначала окончание учебного дня, потом горячая ванна с лепестками лилий, фиолетовыми свечами и ароматной бомбочкой, а потом уже этот безжалостный монстр!»

Темник тихо посмеялся столь детским, но ужасно милым словам и, прервав изучение мыслей мученицы, безропотно снял с себя бесформенную толстовку, оставшись в одной тонкой рубашке, ранее скрытой от чужих взоров. Подойдя к знакомой со спины, он перекинул руки вокруг её шеи и издевательски прижал к удивлённому лицу кофту. Россиянка, неосознанно отшатнувшись, резко обернулась назад, вскинула красный носик, надула губу и, чудом не сломав шею от разницы в росте, уставилась на существо с неподдельным огорчением в серых глазах, полуприкрытых заиндевелыми ресницами.

— Не нужно мне ничего от тебя. Оставь свои подачки для какой-нибудь дурочки!

— Тц, о-о-и-и-и! — Посмеиваясь, с шутливым недовольством протянул маг с тайским акцентом, наклоняя голову к правому плечу. — Какие мы самодостаточные! Бери, давай, пока через силу на тебя не натянул.

Пару секунд петербурженка прожигала наглеца, пробивающего головой облака, злобным взглядом, но всё же сдалась, отвернулась и выхватила предмет гардероба, наскоро надев его на себя. В самозабвенном блаженстве расслабив все мышцы, иностранка чуть не упадала, на миг потеряв контроль над телом, но вовремя удержала себя и резким движением накинула на голову капюшон, утонув в кофте из-за слишком большого размера.

— Спасибо. — Глухо буркнула Галицкая откуда-то из глубин мягкой приятной ткани и, к удивлению наследника, обернулась к нему лицом, прижавшись к его телу в крепких объятьях и уткнувшись лицом в широкую грудь.

— Ты чего?

— Голове всё ещё холодно, Всевышнего мне в ноги! Ты тоже давай, а то у меня ещё и спина мёрзнет. И затылок мне своим подбородком прикрой, у тебя-то мозгов в голове всё равно нет, а я из-за этого твоего недостатка свои отморозить не хочу!