– И того, и другого… Да ладно, я сам налью, ты лучше отдохни.
– А Анюша?
– А что – Анюша?
– Ее кормить пора.
– Ну давай, я ее сам покормлю с ложки, а потом уже ты… Что ты планировала ей дать?
– Творожок, – сказала Лариса, ставя баночку чуть подогреваться в теплую воду.
– Ну вот и давай покормлю. – Рей взял радостно лопочущую девочку на руки. – Привет, солнышко мое! Соскучилась по папке, да? Маму не замучила тут? Где наша ложечка? – И прочие бесконечные, простенькие фразы, которыми обычно общаются с ребенком, еще не умеющим говорить…
– Па! – гордо произнесла девочка.
– Умница, конечно, вот папа. – Рей взял ручку дочери, показал на себя, потом на Ларису. – А вот мама наша. Ну скажи “ма-ма”.
– Па! – не согласилась девочка.
– Не “па”, а “ма”, – поправил Рей. – А во-от наша девочка Анусенька, во-от она. – Счастливый отец потрогал дочкиным пальчиком носик, и та заулыбалась. – Какая большая, нам уже целых семь месяцев, где там наш вкусненький творожок?
– Та!
– Вот тебе и “та”. Тво-ро-жок…
Пока Рей кормил дочку с ложки, Лариса налила ему супа, отрезала свежей белой булки из небольшой пекарни, которую муж предпочитал остальному хлебу, а потом взяла девочку на руки, решив докормить ее в детской. Столик после дочкиных художеств с размазыванием капелек мягкого творожка отмыть не успела: Рей опередил ее, схватив тряпку, и улыбнулся, словно говоря: “Знаю я тебя, ты все сама-сама, только зазевайся!”
Лариса уютно устроилась в кресле в детской, аккуратно поменяла раздувшийся подгузник и докормила дочку грудью,пока та не засопела. Внизу негромко тренькнул звонок, и Лариса дернулась, но сразу же и успокоилась: доставка, конечно же. Запоздал курьер немного. Сейчас Рей примет.
Когда спустилась в кухню, Рей уже допивал чай, хрустя вафлей и глядя в ноутбук.
– Продукты я разложил, – сказал он, кивая на две большие упаковки подгузников. – А это я отнесу наверх чуть позже. Сейчас отвечу на письмо…
– По работе что-то? – поинтересовалась Лариса, берясь за объемные упаковки. – Я отнесу и еще, наверное, ванну приму. Ты не против?
– Нет, нет. Я присмотрю, если вдруг наша крикунья проснется. – Рей обрадованно кивнул. – Ты уже давно в ванне не лежала, кажется. Отдыхай сколько хочешь.
– Спасибо. – Лариса отнесла в детскую запас подгузников, тихонько прибрала их в шкаф и прошла в ванную. Жалко, конечно, было портить такую хорошенькую укладку, но парикмахерша обещала, что ее несложно повторить, и даже вручила буклет с инструкцией. Но арсенал уходовой косметики давно ждал своей очереди, а тело просительно ныло, требуя отдыха и расслабления.
Лариса пустила набираться воду, добавила туда ароматной пены, и в ожидании, пока уровень воды поднимется, сделала маску для лица, обещавшую сияние и здоровый цвет кожи. Ступила в воду, не смыв еще, пусть хотя бы минут пять еще побудет на коже. Откинула голову на бортик ванной, подложив под шею удобную резиновую подушку. Как же хорошо-то! Как давно она себе такого не позволяла, ограничиваясь быстрым, практически пятиминутным душем. Но сегодня, возможно, после новой стрижки, хотелось чуть-чуть больше о себе позаботиться. Не только ради мужа, но и – неожиданно – ради себя самой.
Вода приятно ласкала тело, забирая усталость и застарелую, ставшую привычной боль в мышцах. Маска подсыхала на лице, чуть-чуть стягивая кожу, и Лариса подумала, что пора бы ее уже смыть, как в дверь постучали.
Вернее, постучал Рей. Кто же еще, кроме мужа, мог зайти к ней в ванную?
– Можно? Хочешь, спинку потру? – спросил он, еще не открывая двери.
– Можно… ой, стой, минутку. – Лариса принялась лихорадочно смывать с лица маску. – Теперь заходи, конечно.
– Ануся спит, – сказал Рей, прикрывая дверь, он, как обычно, предугадал невысказанный женой вопрос и взял губку. – Услышим, если что.
Лариса с удовольствием подставила мужу спину. Поймав на себе восхищенный взгляд мужа, в который раз удивилась: ведь ее тело поменялось после родов, стало более рыхлым и бесформенным, однако Рей всегда любовался ей обнаженной. Наверное, ради этого и спинку потереть заходит.
– Ну, все, – любящим тоном сказал он. – Полежи еще, время есть.
– А что у тебя за важное письмо с работы? – поинтересовалась Лариса.
Конечно, она знала, что связанный магическим договором Рей не мог раскрывать важных подробностей, но важные ее и не интересовали. Какое ей дело до всех служебных тайн и секретных разработок? Ее интересовало, что это значит для ее мужа.
– У нас сейчас горяченькое время настанет, – вздохнул муж. Надо в январе выпускать новый продукт, так что придется мне повпахивать. Я буду часть работы делать из дома, чтобы помогать тебе с нашей малышкой, но все равно придется проводить на работе больше времени, чем хотелось бы. Премии и доплаты, конечно, будут космические, если успеем к сроку…
– Понятно. – Лариса одарила мужа сочувствующим взглядом. – Ничего, справимся. Анечка растет, мне уже немного полегче…
– Ну хорошо, если так, – сказал Рей. – Если что, можно нанять няню тебе в помощь…
– Ну какая няня, – искренне возмутилась Лариса. – Я же дома сижу, не работаю…
