— Лен, я всё понимаю, но только сейчас ты меня или себя пытаешься обмануть? Я тебя очень хорошо знаю. Тем более маме позвонить, ты раньше не когда не забывала. — нравоучительным голосом проговорила подруга.
— …
— Так. Ясно. Пока пропускаем эту тему. — вот за что я её люблю, это за понимание. — Тогда тебе тем более нужна переустановка мозгов. Через два часа буду у тебя. Жди. Приеду, выпьем по бокальчику винца, для настроения и в бар. И это не обсуждается. Всё. — сказала своё веское слова подруга и бросила трубку.
Я же так и стояла с открытым ртом пялясь на погасший экран своего старенького смартфона. Но зная Кристину как говорится «Сопротивление бесполезно.» Пока ждала Кристину всё же позвонила маме. Узнала все новости про всех. И даже про нашу корову Жданку, которая недавно отелилась и теперь даёт много молока. Какой красивый у неё родился телёнок и всё в таком духе. Когда же мама заговорила про гусей моё сердце наполнилось грустью и даже после того, как попрощалась с мамой я всё ходила в подавленном состоянии вспоминая своего любимого гуся Стёпку.
Когда я училась ещё в восьмом классе наша гусыня, по весне, высиживала яйца. И так получилось, что все гусята вылупились, а одно яйцо осталось. Естественно, что мама гусыня предпочла уже появившихся на свет гусят, а не запозднившемуся в вылуплении гусёнку. Моя мама хотела выкинуть это яйцо, но я его не отдала.
— Леночка, наврятли он уже появится на свет. Скорее всего яйцо просто протухнет и всё. — пыталась вразумить меня мама. Но я была не приклона.
Сейчас вспоминая эту историю, сама не понимаю почему не отдала тогда это яйцо. Вцепилась в него и не кому не отдала, как бы меня не уговаривали его выкинуть. За меня тогда заступился папа.
— Свет, ну что ты к ней пристала? — сказал тогда он — Ну хочет, пусть. А вдруг у неё что-то и получится. — мама посмотрела на нас и махнула рукой.
— Да делайте, что хотите. Я же как лучше хотела, чтобы потом не переживала. — вздохнув мама, опять махнула на нас рукой и ушла делать свои дела по хозяйству.
Папа дал мне картонную коробку я набила её сенном, положила туда яйцо и отнесла домой. Дома я поставила её под настольную лампу, папа помог нагнуть её так, чтобы яйцу была нужная температура и я принялась ждать. Каждое утро, просыпаясь я первым делом шла проверять своего детёныша, ещё не появившегося на свет, и только потом шла в школу. Через сколько дней моё яичко стало вылупляться я не помню уже, но хорошо помню этот момент. Я тогда пришла со школы и как всегда побежала проверять своё яйцо. И сколько счастья у меня было, когда заметила трещины на нём. Помню сколько крутилась вокруг него в ожидании, когда же мой гусёнок вылупится и сколько раз я получила по рукам от папы за попытку ему в этом помочь.
— Не трогай — говорил мне папа — он должен сам.