Серёжа как в воду глядел. К родителям бы мне было очень тяжело уходить. Мама у меня из тех женщин, которые считают, что ради семьи нужно все прощать. Измены тоже. Может, она и права. Есть же женщины, которые прощают и продолжают счастливо жить.
Дома меня встречает звенящая тишина. Мне непривычно и неуютно в своей квартире. За три года я тут и трёх раз не переночевала. Купила, обставила мебелью, закрыла на ключ и приезжала только раз в месяц за платежкой ЖКХ.
Ложусь на диван в гостиной и пялюсь в одну точку в темноте. Нет ни новогоднего настроения, ни ожидания дня рождения. Вообще ничего не хочу. Слезы дорожками бегут по лицу, я их даже не вытираю. Что теперь делать со свадебным платьем? А гостям что сказать? У нас семьдесят человек набралось вместе со всеми родственниками, друзьями и коллегами. Десять дней назад я разослала всем им приглашения.
Меня приводит в чувство звонок в дверь. Встрепенувшись, сажусь на диване. Звонок повторяется. Кто это? Жутковато становится. Я никого не жду. Тихонечко на носочках крадусь к двери и смотрю в глазок.
Захар.
- Танюш, ну открой, давай нормально поговорим. Я знаю, что ты там.
Зажмуриваюсь. Чувство предательства обжигает.
- Ну Тань! Мы же взрослые люди! Давай нормально поговорим!
Вздохнув, поворачиваю замок и открываю дверь. При виде Захара боль бьет под дых. Он такой красивый, родной и… в то же время совсем чужой после другой женщины.
- Чего тебе? - спрашиваю недружелюбно.
- Танюш, давай поговорим нормально. Ну что за детский сад? Собрала чемодан и ушла из дома, даже не выслушав меня. Ну кто так делает?
Не дожидаясь приглашения, Захар переступает порог, закрывает за собой дверь и принимается снимать верхнюю одежду. Когда разматывает шарф, моему взору предстают те самые засосы на шее. За два дня они не сошли. Это зрелище отзывается ноющим чувством в сердце. Отворачиваюсь, чтобы не видеть.
Захар по-хозяйски проходит в квартиру, оглядывается. Он тут был один раз, когда я получала ключи от застройщика. Идёт по коридору и сворачивает на кухню. Семеню следом за ним.
- Тань, - опускается на стул. - Это она виновата. Она не просто меня соблазнила, она ещё и подстроила все так, чтобы ты узнала. Представляешь, какая стерва? Я ей уже сказал, что с Нового года она в моей фирме больше не работает.
У Захара своя маленькая компания по ремонту квартир. Марина была в ней секретарем на ресепшене.
- Тань, ты сама прекрасно знаешь, что она меня соблазняла. Ты сама видела, с каким декольте она приходила на работу.
- Почему же ты не сделал ей замечание?
- Да как-то неудобно было….
- Что неудобного? У тебя сотрудница приходит на работу в неподобающем виде. Секретарь на ресепшене - это лицо компании, вообще-то. Она первая, кого видят клиенты, когда переступают порог фирмы.
- В том-то и дело, что клиентам она нравилась. Но это уже не имеет значения, потому что я ее уволил.
- Что ты от меня хочешь, Захар? - спрашиваю устало.
У меня ощущение, что я разгрузила вагон. Колоссальная тяжесть в спине и в плечах.
- Я хочу, чтобы ты меня простила, - поднимается со стула и подходит ко мне. - Я оступился, Танюш. С кем не бывает? Дай мне шанс все исправить.
- Что значит «с кем не бывает»? Со мной не бывает. Много с кем не бывает.
Меня поражает такая наглость. «Я оступился, с кем не бывает». Как будто изменить своему любимому человеку - это досадная оплошность из разряда пролитого на белые брюки кофе. Действительно, с кем не бывает. Засмотрелся в телефон и пролил темный напиток на одежду.
- Тань, мне очень стыдно. Я раскаиваюсь. У нас скоро свадьба. Зачем ты все рушишь?
- Это я рушу? - завожусь. - То есть, не ты разрушил, когда изменил мне, а я рушу, уходя от тебя?
- Танюш, я виноват. Выпил лишнего, повелся на провокации Марины. Больше это не повторится. Клянусь тебе. Я её уволил.
Захар стоит ко мне вплотную. Смотрит виновато, как нашкодивший щенок. Раскаяние в его глазах пронимает меня, но следом я опускаю взгляд на засосы, и буря в груди начинает бушевать с новой силой. Я чувствую себя униженной и оскорбленной. После стольких лет вместе, после многих совместно пережитых горестей.… Обида больно жжёт. Отворачиваюсь от Захара, чтобы не увидел мои слезы.
- Таня, я тебя люблю. Пожалуйста, дай мне шанс все исправить. У нас же скоро свадьба. Что мы гостям скажем?
- Что ты мне изменил.
- Да ну брось, Танюш. Ты же не собираешься предоставить Марине такое удовольствие - разлучить нас.
Медленно втягиваю носом воздух. Хватаюсь пальцами за столешницу, вонзаю в неё ногти. Дарить Марине такую радость я и правда не хочу. Если отбросить, что Захар сам по собственной воле лег с ней в постель, Марина действительно его соблазняла. Это было видно невооруженным глазом. Я регулярно приезжала в фирму к Захару и чувствовала на себе негатив Марины. То, как вызывающие она одевалась, тоже мне не нравилось. А она будто намеренно это делала.
