Я повернулась, несмотря на то, что Тэ крепко держал меня за руку, и сказала устало:
- Боюсь, как бы вас, Павел Петрович, не уничтожили за этих мальчиков. И если они захотят раздуть скандал, вас не спасут ни связи, ни отец с тестем. Они звёзды мировой величины и стоят столько, сколько у вас никогда не будет денег! Меня вы можете извести, их-нет. И не рыпайтесь даже.
Тэ целеустремлённо волок меня куда-то. С пострадавшей руки мой рюкзак осторожно снял Джун, и сейчас по-джентельменски нес его. В отдельном кабинете меня усадили за стол, сунули в руки бокал с соком и велели: "Рассказывай!" Хорошо говорящий на английском Джун и поэтому понявший все, что хотел донести до всех Павел Петрович, спросил:
- Простите, Ри-та, но что из того, что сказал этот недостойный человек правда, а что нет?
Я усмехнулась:
-Практически все правда. Даже родословную мою раскопал, стервец! И не лень ему было! Да, все именно так. Я была здесь, в Сеуле, на лечении. Мне предстояли две сложные операции, на родине мне не гарантировали не только выздоровление, но и саму жизнь. Одну операцию, по договоренности, оплатила корейская компания, а вторую должен был оплатить наш алюминиевый холдинг. Для них эта сумма - тьфу, и забыть. Но почему-то деньги они не дали. И мне предстоял выбор - остаться слепой и ходить, или видеть, но сидеть в инвалидной коляске. Но неожиданно мой врач сообщил, что некий меценат, пожелавший остаться неизвестным, оплатил мою вторую операцию. Я, правда, не знаю, кто это!
Глава 10
Парни многозначительно переглянулись, хмыкнули и уставились на Тэхи. Я не видела, что он в это время показывал им кулак из-под стола. Я продолжила:
- А потом продюсерская компания заплатила мне за перевод текстов песен. Теперь я понимаю, что это была ваша компания и песни, скорее всего, предназначались для вас. Кстати, не слышала их в вашем исполнении.
Лидер мне пояснил:
-Тогда у нас был мировой тур, а после мы пошли в армию. Поэтому песни мы только сейчас начали готовить к релизу.
И тут Чимми, тоже неплохо говорящий на английском, спросил:
- А что там этот мужик говорил про посольство и больную кошку?
Я побагровела, вот же вредина этот Чимми! Рассказывать было стыдно, всё-таки передо мной миллионеры, а тут я со своей нищетой. Буду жалко выглядеть. Но лучше сказать правду, чтобы не опуститься до вранья. Прав в чем-то Павел Петрович - дворянская кровь и честь не даёт соврать. И я чётко, не жалея себя, ответила:
- Дело в том, что я живу временно в посольском общежитии. Служебную квартиру, на которую я рассчитывала, мне предоставят только через два-три месяца. Столько я ещё не отработала. Мне и первую зарплату выплатят только через две недели. Но и в посольстве мне можно жить только месяц, и он уже на исходе. Я хотела снять небольшую квартиру, на арендную плату у меня деньги есть. Но здесь сумасшедший залог. Вот на него у меня денег пока нет. А теперь Павел Петрович сказал, чтобы я не надеялась жить в посольстве, даже сегодня. И я уверена, что он так и сделает, связей у него достаточно. Я очень благодарно вам, что вы так выручили меня. Неизвестно, чем бы могло все это закончиться.
Уходивший куда-то Сок, вернулся и протянул мне бокал, полный колотого льда.
- Вот, возьми, заверни в салфетку и приложи к лицу. Синяк завтра все равно будет, но хотя бы отека такого не будет. И что ты сейчас намерена делать?
Я бодро пожала плечами и постаралась ответить ровным голосом:
-Ну, на сегодняшнюю ночь попробую найти хостел, а завтра буду искать жилье хоть какое-нибудь. Поищу в гошивоне, ведь живут и там люди.
Повисшее молчание прервал Тэ. Он хлопнул ладонью по столу и решительно сказал:
- Парни, я пока прощаюсь, мне надо Рите показать квартиру, оставить ключи. Потом я вернусь в общагу, поговорим. Вызовите нам такси. Джун -хен, завтра у нас первое что утром и во сколько? Вдруг ты уже спать будешь, когда я вернусь?
- И не надейся! - хмыкнул Лидер - Но сообщаю, что первое у нас завтра вокал в десять утра.
- Разминку я точно прогуляю, прикройте ребята!
Молчаливый Джин, сидевший с телефоном в руке, сообщил, что машина нас ожидает у второго подъезда, можем выходить. Тэ подхватил мой рюкзачок и опять, как детсадовку, за руку, потащил к выходу. Я только успела обернуться, приложить руку к груди и неловко поклониться остающимся. Они в ответ помахали мне руками.
Я настолько устала, да и щека с рукой болели все сильнее, что даже сама не поняла, как отключилась. Но продремала я недолго, ехать оказывается было рядом, в этом же районе Каннам. И спала я на плече у Тэ. Он осторожно разбудил меня, мы прошли через ярко освещенный холл первого этажа с кучей секьюрити в униформе. Скоростной лифт доставил нас на пятнадцатый этаж, мелодично блымкнув, открыл двери.
