Поначалу, после взлета, мы сидели, уткнувшись, каждый в свой смартфон. Не знаю, что там смотрел Тэ, а я, от скуки, напялив наушники, переводила на корейский русские песни. Причем не новинки, для исполнения группой, а просто так, для себя. Песни старые, одна так вообще почти моя ровесница. Пока блуждала по российскому сегменту интернета, наткнулась на интересный ролик. Кто-то из российских фанатов ВТ выложил старый-старый клип группы, кажется из Schools и наложил на него трек Преснякова "Все нормально у хулигана". И удивительно совпала композиция и оригинальная хореография. Даже все движения подпадали под музыку.
Я тихонько хмыкнула и стала переводить. Неожиданно перевод пошел очень легко и рифма как будто сама ложилась. Нашла в инете чистый клип, добавила минусовку и стала негромко напевать на запись. Записав вчерную, принялась, как могла, микшировать, тихонько мурлыкая песенку. Вполне себе танцевальная музыка.
Внезапно появившаяся передо мной рука развернула мой смартфон экраном к себе. Я сдвинула наушники, вопросительно глянула на Тэ. Он посмотрел на клип, хмыкнул:
-И где ты это старье нарыла?
Я возмутилась:
-Чего это старье? Клип - да, а песня намного помоложе, хочешь послушать? Это же просто наложение на видео русской песни. Я сейчас и перевела, случайно увидела в сети.
Я протянула парню свои наушники. Он слушал внимательно, постукивая пальцами по подлокотникам кресла. Потом попросил:
-Видео с записью сбрось мне! Покажу парням, может, что-то придумаем.
Да, пожалуйста! Отправила запись, а вскоре стюардесса принесла ужин, я поковырялась без аппетита, настроение все равно было в миноре. Пора было устраиваться на ночлег. Пока умывалась и переодевалась, Тэхи уже все приготовил для сна. Боковые стенки кресел он упрямо убирал, чтобы было можно держать меня за руку. Я ещё не заснула, когда тихо лежащий рядом Тэ спросил:
-Рита, я никогда не спрашивал, а ты не говорила… как получилось, что при твоих способностях к танцу и вокалу, ты выбрала совсем другую профессию? Почему бросила пение и балет?
Глава 24
Я вздохнула. Воспоминания были болезненные, но, наверное, пришла пора выплеснуть эту боль из себя. Тем более, думаю, что он поймет меня.
-Видишь ли, меня приняли в балетную школу, когда мне до пяти лет оставалось два месяца. А через полгода приняли и в музыкальную школу. Я ещё и буквы читать не умела, а ноты приходилось уже читать… все было. И слезы, и боль в слабых детских цыплячьих ножках, и судорогой сведённые тощие пальчики, когда долбила гаммы на фортепиано. Как строгая мастер-хореограф сухим голосом произносила -"Attention, mademoiselles! (Внимание, мадмуазели!). И мадмуазели, которым по пять лет, испуганно таращили глазенки и послушно приседали в плие. Как дребезжащим дискантом выводили вокальные упражнения на сольфеджио… как ноги ещё не доставали до педалей инструмента...
А когда пошла в нормальную школу, вообще край пришел. С восьми утра уроки в школе, прибегала домой, запихивал на ходу в себя какую-нибудь еду, и бегом бежала в балетку или музыкалку. Или наоборот. Часов в девять вечером папа привозил меня домой. Больше всего хотела спать, но меня ещё ждало домашнее задание. И так десять лет. Представь, десять лет! Не было детства у меня! Мне иногда казалось, что я родилась сразу взрослой. А потом… мне было пятнадцать, к нам в школу должен был приехать сам Цискаридзе, это очень известный танцовщик, теперь он ректор академии балета. Он отбирал талантливых балерин для своей академии. Это был просто фантастический шанс. Он выпускал звёзд, у него не останешься восьмым лебедем в третьем ряду у пруда… И вот за месяц до кастинга при очередном осмотре у ортопеда у меня обнаружили "круглую" спину. Для балерины это приговор. Отчислили меня из школы за неделю. Отбор прошла совсем другая девочка.
А я… неделю ела, как не в себя, мама от испуга даже к психологу повела меня. Я же не плакала, не истерила. Психолог сказал, что я так стресс заедаю, и все пройдет. Прошло. Я сосредоточилась на вокале, тем более голос у меня уже устоялся. Поехала в Москву, принимала участие в нескольких конкурсах, даже занимала вторые-третьи места. Мелькнула несколько раз на ТВ. Но потом мне очень откровенно, прямым текстом сказали, что перспектив у меня нет, так как сейчас раскручивают ещё одну девочку с таким же голосом. И две певицы с одинаковым тембром голоса не нужны. И мне не стоит тратить свое время. Лучше идти в музыкальный колледж и потом учить детей петь.
Вот тогда я и сломалась. И решила - все, я обо всем этом не вспоминаю, не думаю и никогда в моей жизни не было ни музыки , ни балета. Правда, года полтора занималась бальными танцами, но бросила, поняла, что не мое это. Поступила в Лингвистический университет, я практически его закончила, оставалась только защита диплома. Пела я редко, только с подружками в караоке. Не хотела даже вспоминать обо всем, слишком больно было.
