Новогодняя сказка. О вере в мечту и исполнении новогодних желаний. Пусть даже с опозданием
Окна старого дома выходили на Круглую площадь. И сам дом, причудой архитектора, был выстроен подковой, округлым сквером, выходящим на площадь. Жильцы, также как и площадь, называли дом Круглым. Так и говорили: «Живем на кругу…».
Иван Макарович помнил дом, сколько себя. Во всей большой коммуналке уже не осталось ни одного старого жильца. Уже никто не помнил, как принесли сюда Ванечку из родильного дома в голубом одеяле с бантом, и уж тем более никто не помнил Ванечкиных родителей.
Когда-то, совсем давно, во дворе – подкове был сквер с фонтаном, скамейками, витой чугунной оградой и кустами душистого табака. Макарыч даже видел его на старинных фото. Красиво. Другое было время, и обитатели дома были другие.
В войну сквер сильно пострадал от бомбежек. Фонтан разобрали, скамеечки и ажурная ограда исчезли. Сквер опустел. Да какой уж тут сквер – просто пустырь подковой. Тогда-то городским властям и пришло в голову высадить посреди сквера огромную ель.
Аккурат напротив круглого дома, через площадь, был дом культуры железнодорожников. Рядом – магазин «Детский Мир», универмаг (его тоже в народе, заодно с площадью, именовали Круглым), кинотеатр Кругозор (не трудно догадаться, что благодаря площади жители упростили его название до проста «Круга»), и кафе-ресторан «Округа» (и, конечно же, молва его переименовала «У Круга»).
«На Кругу» назначали свидания и встречи, собирались компаниями, просто фланировали и отдыхали.
В общем, Круг был культурным центром провинциального городка. От Круглой площади лучами расходились главные улицы городка: Вокзальная, Речная, Заводская, Строителей (бывшая Ленина) и Луговая. Ивану Макаровичу нравилось логичное и обоснованное название улиц. Все сразу понятно. Никому в голову не придет спрашивать, почему так названо.
Бог весть, кому в голову пришло так необычно спланировать улицы городка. Говорили, что когда-то на Круглой площади стоял собор. Может, так и было. А может, легенда. Когда Ванечку принесли в Круглый дом, уж точно ничто об этом не напоминало. Единственная церковь возвышалась на берегу в конце Речной. Старинная, красивая, но очень ветхая. Сейчас ее восстановили, луковки куполов издали сверкают. Иван Макарович недавно был на набережной. Красота! Как он в детстве не замечал? Время, видать, другое было.
Тогда его, как магнитом, тянула Вокзальная, со старинным вокзалом 19 века, стилизованным под готический замок с замысловатыми башенками и шпилями. Странная фантазия для провинциального вокзала. Говорили, причуда купца, разбогатевшего на перевозках по железной дороге.
Вокзал, Круглый дом, да еще несколько мало интересных купеческих домов и лавок, да здание старого Гостиного двора, изрядно обветшавшее, но все еще отчасти используемое по назначению – вот и вся «городская старина».
Остальной город отстроился заново после войны. Простенько и не изыскано. Потому немногочисленные исторические места, особенно Круглая площадь, притягивали горожан во времена праздничных гуляний.
Круглая площадь была совсем не велика и вечно заполнена транспортом. Но какая же площадь без праздничного оформления? Громадная ель в сквере Круглого дома зимой одевалась в мигающие гирлянды, наряжалась флажками и игрушками.
Издалека елка казалось очень торжественной и нарядной. Вблизи были видны огромные лампочки гирлянды, грубо выкрашенные гуашью. А игрушки были самыми настоящими, из «Детского Мира» напротив. Пупсы в космических скафандрах, куклы, пожарные машины, паровозы, мячи, катера, колокольчики, хлопушки. И все это настоящее!
Окна Ванечкиной комнаты выходили как раз на средние ветки ели. И он каждую зиму рассматривал раскачивающихся на ветру космонавтов, кукол и паровозы. Своих игрушек у Ванечки было немного. Семья жила небогато, и игрушками Ванечку баловали не часто, и вообще, баловство в семье было не принято. Ванечка считал игрушки на елке за окном тоже своими. Вот совсем близко от подоконника раскачивается красно-синий мяч, а чуть ниже – яркая сверкучая юла. Космонавт с надписью СССР на шлеме заглядывает прямо в форточку окна.
«Сколько же уже лет? Страшно подумать, уж точно больше 60. Надпись СССР почти стерлась. На юле вблизи видны вмятины, краска подоблезла. Игрушки на елке, почитай, ровесники», – подумал Макарыч. «Все также весело раскачиваются. Почти такие же, как тогда. Ничего не меняется». Макарыч мельком взглянул в зеркало и грустно ухмыльнулся: «Нет, кое-что все-таки меняется…».
Интересно, а как там звезда на верхушке? Сколько Ванечка себя помнил, если изогнуть шею и посмотреть на самый верх, сквозь ветки ели виднеется рубиновая светящаяся звезда.
Ну-ка! Макарыч с трудом изогнулся и охнул, шея –то уже не та…. Нет, звезды не было. Вместо нее на верхушке ели сверкал и переливался снежно белый ангел . Кажется, он даже поворачивался и трубил в сверкающую трубу. Тоже красиво! «Наверное, единственная обнова елки за полвека», – улыбнулся Макарыч .
