— Потому что это необычное проклятие завистливой подруги, здесь постаралась колдунья. Домовой просто оказался бессильным против страшной силы.
Анастасия чувствовала всё то же самое, но когда это придалось огласке, чувства усилились и накрыли безжалостной волной. Девушка потеряла сознание, Виктор успел её подхватить. Ирина и Мэрлена растерялись, просто стояли и смотрели на медальон, пока Мэтью не накрыл его рукой.
— Мэри, опомнись. Немедленно беги домой и тащи всё, что может ослабить магию. Мэри?
— Mala gallina — malum ovum, — прошептала в ответ девушка, цвет её глаз постоянно менялся, переключаясь с тёмно-синего до небесно-голубого.
— Этого мне только не хватало, Вик, Ира. Держите её, не дайте ей вырваться! — выкрикнул мужчина и помчался прочь из комнаты.
— Malis!!! — рассмеялась Мэрлена и постаралась выбраться следом, но Виктор скрутил ей руки и задержал.
Мэтью принялся колдовать на кухне, скидывая в кастрюлю все необходимые ингредиенты, хорошо, он заставил сестру прибраться и разложить всё по полочкам. За каких-то три минуты талисман колдуньи полыхал и пускал фейерверки в разные стороны. Лекарь постарался задержать их крышкой, но они оказались куда сильнее. Когда всё успокоилось, мужчина залил все водой и вернулся в соседнюю квартиру, где к царству сна присоединилась и Мэрлена.
— Вот, кто-кто, а она всегда умела увинчивать от уборки, — усмехнулся брат, присаживаясь на корточки рядом с ней и сканируя её здоровье.
— Что с ней было? — спросила Ирина, сердце бешено стучало.
— Мэри очень чувствительна к подобным вещичкам, на которых осела часть души. Так что она просто на несколько секунд превратилась в ведьму, которая создала проклятие и попыталась помешать разрушить талисман. Кстати, ещё не всё готово. Нужно отнести цепочку в церковь, просто положить там куда-нибудь… только тогда можно будет вздохнуть спокойно. Да, Виктор, с ней все в порядке, пускай немного отдохнёт. Насколько я понял, она провела бессонную ночь.
— Ты что, мысли читаешь? — в шутку спросил Виктор, он и не ожидал услышать ответ на свой вопрос, к тому же положительный.
Тихая ночь.
Одна птичка никак не могла уснуть и пела свою трогательную песенку о потерянной любви. За несколько недель к тонкому голоску жители привыкли и, будто не замечая, отгородились миром своих грёз. И лишь там было что-то грустное и печальное, история о несчастных сердцах.
Солнце ещё не собиралось пробираться через заколдованные облака, когда к влюблённой птичке присоединился ещё один голос, не менее прекрасный. Он принадлежал русалке, что сидела на краю фонтана и расчёсывала свои длинные зелёно-чёрные волосы. Она пела о волшебных эликсирах — детская песенка про колдунью-недотёпу, которая хотела завоевать мир, но вечно путала зелья. И будто она и не виновата вовсе, это всё скляночки и баночки, менявшие своё местоположение.
Сменив грустную мелодию на задорный такт, подсвистывая и заливаясь свирелью, песенку подхватила птичка. С каждым куплетом зачарованный голос русалки становился всё сильнее, но проснулась от него только Тина.
Девочка натянула халат, заколола длинные белые волосы и спустилась на главную площадь. Тина осторожно ступала по камням босыми ногами. Она боялась кого-нибудь разбудить, но все зачарованно спали, наверное, во всем городе, даже маги, что приняли изрядный заряд бодрости для работы, провалились в сладкие сны.
Увидев тень, русалка замолчала и отложила расчёску в сторону. Её лицо озарилось широкой улыбкой, уголки губ чуть ли не доставали до ушей. Она была безумно рада видеть предсказательницу, рыбий хвост медленно заходил волнами.
Женщина с почти прозрачными глазами сняла с руки браслет и протянула его Тине. Девочка послушно приняла вещицу и плотно закрыла замочек. Затем стала вглядываться в бездонные глаза. Ведьма почувствовала помутнение рассудка, голова закружилась калейдоскопом. Русалка прикрыла глаза, а когда открыла, то глаза на секунды стал малинового оттенка.
— Вернусь к семи, — сообщила русалка, девочка беззвучно махнула головой и поспешила домой.
Русалка принялась осматривать себя. Тина частенько проделывала этот фокус, но привыкнуть невозможно. Секунду назад она была простой девочкой, а теперь русалкой, к тому же со статусом.
Тина погрузилась в волшебную воду. Она спокойно плыла, улыбаясь и размышляя над своим превосходством перед Дмитрием. Перемещаться, к сожалению, она не могла, так как тело русалки значительно отличалось, а расщепиться на молекулы и остаться так навсегда ей не хотелось.
Развевающиеся течением волосы походили на водоросли, изумрудный хвост двигался настолько плавно, будто Тина всю жизнь обитала в водных просторах. Глаза горели нежным светом, освещая дорогу в подводной тьме. Она плыла очень быстро, не отвлекаясь на подводные красоты. Предсказательница легко заблудилась бы в ночной воде, но тело русалки точно знало, как добраться до нужного места. Каждое движение хвоста оттачивалось годами.
