— Э, птичка, платят-то достаточно, но мне внука ещё учить. Жить-то надо. К чему мне себя травить и в растение превращать?
— А на других тебе, значит, наплевать? Пусть делают, что хотят? — зло спросила я. Эмоции перевесили здравый смысл (как, впрочем, и всегда).
— Золотые слова, птичка! Что хотят! Я никого не заставляю. Мы все выбираем, птичка. Так или иначе, хорошо или плохо — выбираем. Вот и они своё решили, а я всего лишь выживаю.
— Ну и рекламу же вы устроили! Теперь не хочу покупать! — отчасти мстительно сказала я, ожидая вспышки негодования со стороны старой торговки.
— А ты и так бы не купила, птичка. По глазкам высокомерным сразу видно. Да и отшатнулась, как от проказы. Зачем пришла-то? О ком-то из родных поговорить? Подзаработать хочешь?
— Нет.
— Ну и вали отсюда.
Самое интересное заключалось в том, что голос совсем не поменялся, не стал грубее или злее. Я отвернулась. Первое побуждение напугать её до полусмерти, как Анну, мгновенно прошло. Должно быть, причиной тому были равнодушно-мёртвые глаза. За весь разговор они ожили лишь раз — в тот момент, когда женщина вспомнила про внука. И то мимолётно.
Твоя душа погибает, старуха. Она уже почти мертва. Равнодушие — не яркое чувство, а серость, болезнь. На больных не злятся. Ты в конечном итоге наказала себя сама…
Дверь тихо хлопнула за моей спиной.
В основном зале ничего не изменилось. До меня только дошло, что с доброй бабусей я общалась не больше 5 минут. Внимательно глядя по сторонам, чтоб случайно не нарваться на кого-то знакомого (Марка там какого-то, или «попугая») я пошла по залу. Следующими «жертвами» были избраны несколько подростков, старательно старавшиеся подчеркнуть своим видом, что они куда старше шестнадцати. Видимо, за определённую суму денег вышибала на входе отнесся к этому факту с доверием.
Как назло, только я подошла к ним, как из колонок полилась модная в этом месяце мелодия молодой группы («Нелюбимая, но тебя люблю, нежеланная, но тебя я жду, приди ко мне…»и т. д.; короче, одна из тех песенок, где в слова не вникает никто, включая исполнителей, а музыка состоит из вечно повторяющихся трёх нот припева). Вся молодёжь, разбившись на пары, смылась танцевать. У стойки осталась стоять лишь личность с вытравленными волосами, флегматично посасывающая «Лонгер» с помощью трубочки. Я посмотрела на явно не обременённое высоким IQ лицо и вздохнула. Ну что поделаешь?
— Извини, не могла б ты мне подсказать, где можно найти Лику?
— О, ещё одна конкретно бахнутая культурой! И где Лика столько таких нарыла?!
Язык у девочки, как не крути, заплетался конкретно. Видно, маленькая бутылочка была не первой и даже не второй. И что прикажете ей говорить? В детстве книг я читала много, а со сверстниками общалась маловато. Ладно, попробуем так…
— До тебя что, доходит, как до жирафа — на третьи сутки? Я попросила тебя сказать, что ты знаешь о Лике, а свою оценку моих способностей оставь, пожалуйста, при себе.
До девочкиных извилин благополучно достигла лишь малая часть информации — это явно было видно по гениальному выражению лица. Я хотела было прервать разговор слепого с глухим, но тут очередной глоток активизировал мыслительные процессы девицы, и она выдала:
— Да не знаю я, где эта потаскушка! Тот культурный тоже всё про неё выспрашивал! И красавчик тот черноглазый тоже Лику искал! Одна я не нужна никому!
— А что, её еще кто-то искал? — осторожно спросила я.
— Да те парни!
— Какие? — поинтересовалась я, собрав терпение в кучку и мысленно сосчитав до десяти. Но, к сожалению, в этот момент нашему глубокомысленному разговору суждено было прерваться. Пока мы трепались, песня о великой и вечной любви благополучно кончилась, и компания моей собеседницы стала медленно сходиться. Первой подскочила стильно одетая изящная девушка с лёгким макияжем. Видимо, она слышала начало разговора, поскольку мгновенно встряла:
— Милая, хватит уже! Я думаю, что пить тебе уже достаточно — язычок без костей!
— Вообще-то мы разговариваем, и у вас я ничего не спрашивала. Ваша подруга хотела мне рассказать…
— Ничего она не хотела! Что, не видишь — она пьяна и несёт непонятно что, — резко ответила подошедшая. Я уже хотела попробовать повлиять на девчонок магией, но, во-первых, подтянулась их компания, а во-вторых, я ещё не освоила технику влияния на людей настолько хорошо. Потому я вежливо кивнула и отошла в сторону, чувствуя спиной неприязненный взгляд новой знакомой. Потом к ней подошёл симпатичный и явно небедный парень, приглашая на танец. Она мгновенно пошла за ним, цокая здоровенными каблучками на дорогих туфельках.
