— Когда вы подъезжали к клинике, видели, что она состоит из четырех зданий. Первое и основное, в котором мы с вами сейчас находимся, — это и есть сама клиника. Второе — это инженерный корпус. Поскольку мы все построили за городом, основные сложности были с коммуникациями. По нашей просьбе был выделен участок с остатками соснового леса, находящийся в пяти километрах от газораспределительной станции, с которой газ отводится в несколько населенных пунктов. Понятно, что и мы туда присосались. Газ используется для обогрева в холодное время года, бытовых нужд и для получения электроэнергии. Проектировщики сочли целесообразным не прокладывать линию электроснабжения от ГРС или из другого места, а установить в инженерном корпусе два электрических генератора на газе. По цене получается не намного больше, но зато гораздо надежнее. Вода местная. Пробурили скважину и установили станцию очистки. Третий корпус построен для охраны и прочего персонала. Люди здесь могут отдохнуть и при необходимости переночевать. Последнее здание — это очень маленькое, но уютное кафе, рассчитанное на персонал лечебницы и немногочисленных возможных гостей.
— А где ночевать нам, если вдруг придется?
— В основном здании клиники у вас есть что–то вроде квартиры. Там имеется все необходимое, кроме кухни. При наличии кафе она просто не нужна.
— А что по охране?
— Я, Игорь, в это мало вникал, охраной больше занимались ваши друзья. Они же предъявляли определенные требования к строителям по своей части. Знаю только, что в охране задействованы четыре технических специалиста и двенадцать головорезов вашего управления. Масса датчиков и камер и по периметру, и внутри всех зданий. Как и требовали, коммуникации сделаны только оптоволокном, а вся электроника заключена в стеклянные экраны. Кроме охраны, в клинике работают еще пятьдесят три человека. Точнее, будут работать с завтрашнего дня, пока в ней только охрана. На завтра прием больных еще не планировали, оставили этот день, чтобы вы могли познакомиться с персоналом и определить порядок лечения. Какие у вас сейчас возможности в этом плане?
— Возможности существенно возросли, — ответила Ольга. — Я не Кашпировский и не Чумак, но полсотни тяжелых больных могу принять сразу и после этого быстро восстановлю силы, не прибегая к помощи мужа. Но мы не будем демонстрировать массовые сеансы исцеления. Это сильно обесценит мои услуги в глазах общества и вызовет ненужный шум.
— Неужели вы рассчитывали, что не вызовете шума? — удивился Рогожин. — Я вас не считал наивной.
— Шум бывает разный, — объяснила Ольга. — Определенная известность будет только на руку, а вот излишний ажиотаж — уже нет. Поэтому мы примем компромиссный вариант. В день я буду принимать, скажем, три–четыре группы пациентов по пять человек в каждой. Потом будут идти «бюджетные» больные по программе изучения моих методов лечения. В это время здесь будет находиться группа медиков, которые займутся изучением процессов, протекающих в организме человека в процессе лечения. Я в любом случае не облагодетельствую своим лечением все человечество, но если медикам удастся создать препараты…
— Я понял, — сказал Рогожин. — Интересная идея.
— Это уже не просто идея. В центре со мной достаточно долго занимались с целью добиться определенных результатов. Требуемого не получили, но создали два препарата. Один предназначен для флегматиков и вообще людей с угнетенным состоянием психики. Он процентов на двадцать ускоряет прохождение нервных импульсов, что не только делает таких людей более быстрыми, но и повышает тонус сосудов и улучшает работу ряда органов. Это работает получше энергетиков и, если не злоупотреблять, не вредит организму, а, наоборот, приносит пользу. А второй препарат уже для специального применения. Это те же таблетки, но дающие ускорение процентов на пятьдесят. Они сильно увеличивают скорость реакции и работоспособность, но требуют осторожного применения и медицинского контроля. Это уже для экстремальных ситуаций, когда подобное себя оправдывает.
— Действительно, интересно, — сказал Валерий Сергеевич. Достанете упаковочку? Тех, вторых?
— Сделаем, — ответила Ольга, копируя интонацию Крамарова из «Ивана Васильевича». — Вернемся к пациентам. Помимо коммерческого приема и исследований, будет еще третья категория пациентов, о которых мы договаривались с правительством. Теперь по финансам. Во что обошлись работы по созданию лечебницы? Можете назвать итоговую цифру?
— Примерно триста семьдесят миллионов только с моей стороны. На эти цели мне выделили беспроцентный кредит и дали гарантии, что если вы не воспользуетесь клиникой, то у меня ее выкупят, иначе я не решился бы на такие вложения и сделал все, как и планировал раньше, немного скромней. В эту сумму не входят расходы на создание системы охраны. Их можете сами узнать в управлении. За газопровод тоже платил не я, и в чьей он собственности, опять же узнаете в управлении. Деньги шли через них.
— Ладно, — вздохнула Ольга. — Будем потихоньку расплачиваться. Какую вы установили стоимость лечения?
