Подозревал оне ее, бы нетак, в презрительном озлоблении кривила теперь губы Инга, меряя шагами в ярости тесную комнатушку… С его то охраной которая следила за каждым ее шагом, ни на минуту не выпуская из под своего внимания! Рразве она могла бы ему изменить при таком неусыпном контроле.
Да и разве хотела… Ейэто и в голову не приходила. Она ведь любила его Как же она его любила!
Когд компания окрепла и раскрутилась, он устранил ее из бизнеса, заставил ее сидеть дома. В офисе она стала ему не нужна. Сначало в офисе…
Она ведь даже не числилась в штате. Ей казалось само собой разумеющимя что компания- их совместое детище и принадлежит им обоим. А формальности с зачислением в штат, оформлением учредительсткой документации, дележом прибили–все это так сложно…
Как она пропустила момент, когда ее заботливый Олежек, родной и внимательный, стал холодным и подозрительным чужаком, который лгал в каждом взгляде и слове.
Теперь Инга понимала-Ведь ревновал ее на самом деле не к мужикам. Она ему была верна, как преданная домашняя собачка, виляющая хвостом от его ласки. Муж ревновал ее к успеху и влиянию среди деловых партнеров, которая она имела.
Все чаще Олег грубо ее обрывал, не стесняясь посторонних, и его голубые глаа приобретали оттенок стылого льда, а она съеживалась, умолкала.
Все реже они появлялись вместе. У него тогда находились убедительные объяснения, почему он должен поехать на выставку в Париж- один, пойти на презентации- без нее, съездитьна недельку отдохнуть-с друзьями…
Инга целые дни проводила дома, за домашними хлопотами, в их красивой квартире на Остоженке. которую она с такой любовью обставляла, создавая домашний уют.
Она и не заметила, как осталась совсем одна..
Ведь все ее друзья были друзьями ее красивого преуспевающего мужа
Все ее подруги–были женами и подругами его друзей.
Ей было ничего не нужно для себя– и вот настал день когда у нее ничего не стало.
Просто в один прекрасный день олег устроил так, что его фотография появилась в журнале. На фото он с широкой улыбкой обнимал роскошную полуголую блондинку, и маленькми буковками шел текст- известный бизнесмен Олег Полесский не скрывает свой роман со светской львицей и моделю Оксаной Котовой.
Все так банально… Олег буквально буквально подсунул ей этот журнал. Разбросал три экзепляра по всей квартире, зная ее рассеяность. Она могла бы еще год ни очем не догадываться.
Когда Инга собрала вещи в жалкие два чемодана и ушла в никуда, она наивно полагала, что муж бросится к ней с объяснениями. Что он будет валяться унее в ногах, умоляя о прощении-и конечно же, она его простит.
Куда она без него!
Ведь они так любят друг друга. Ведь у них такая невероятная особенная любовь, которая пройдет сквозь все испытания.
Инга ждала его. Сначало две неделе в маленькой гостинице в центре. Потом переехала в съемную квартиру на Войковской.
Прошел месяц, другой. Никто не звонил. Деньги на банковской карте, куда Олег ежемесячно кидал деньги, быстро закончились. Она продала машину, чтобы было на что жить и все еще ждала.
Пока не поняла — Олег не придет. Она ему больше не нужна. Совсем.
Да и вообше никому не нужна. Все про нее забыли..
Так у нее не стало мужа, дома, друзей и средств к существованию.
Зато появился Дар…Который она не просила. Который служит источником благодати и невероятным подарком судьбы для всех с кем она соприкасается
И который ничего не может дать ей–кроме ее великого одиночества
Она смотрит в непроницаемую темноту за окном и сжимает кулаки
Олег, будь ты проклят, думает она-и сама себя одергивает
Нельзя никого проклинать. Никого нельзя проклинать, твердит она как заклинание, чтобы не раствориться без остатка в черной дыре непрощения.
И все равно, Олег, я ненавижу тебя!
А потом она становится на колени пред иконой Владимирской божьей матери и молиться. Пытается молиться…
Богородица, дева, радуйся говорит она–но в горле стоит холодный комок, и не продохнуть, и слова замирают на губах
Богородица, дева, радуйся, снова вяло повторяет она– и замолкает
Она не может молиться. Она не может молиться!
Почему, почему именно с ней такое произошло? Куда же ты смотрела богородица, я же просила, я была хорошая. Я подавала милостыню нищим, ходила в церковь, держала пост… Как же мне теперь жить, богородица …
Я больше никогда не смогу полюбить. Я больше никому не смогу поверить. Я уже старая. Моя жизнь окончена. Я отдала ему все и теперь уже поздно.
Поздно начинать все сначала. Я нищая, одинокая и старая … Какая Боль, богородица. Я никому не нужна, и мне никто не нужен.
Икона молчит. Молчат стены. Молчит телефон. Весь мир молчит.
Кроткая ласковая богородица улыбается ей с иконы, как будто что то хочет сказать. Но Инга не хочет понимать.
Застывшая в своем отчаянии, она не нуждается в утешении. Глухая стена одиночества не пропускает света. И за этой стеной, где то в прошлой жизни, остались нежность, доверие и любовь.
Но свет находит ее. Как всегда. Свет находит ее.
