Что может превратить доставшийся по наследству домик на греческом островке в роскошный отель? Чудо!Р
— Сэр, думаю, вам лучше зайти в хранилище. — Взволнованный клерк застыл в дверях кабинета Уильяма Бреворта, главы отдела комплектации Британского музея.
— Вы говорите о Вратах Афродиты? — Сэр Уильям заглянул в лежащую на его письменном столе карточку с указанием имени дарителя, сержанта Келси Миллера.
— Они находятся в секции 114-А, — ответил клерк. — Во всяком случае — их часть.
Сэр Уильям снова заглянул в карточку и нахмурился:
— Да, вижу. Один из фрагментов утерян, но никаких пояснений нет.
— По правде говоря, больше, чем просто фрагмент, сэр. Гера на месте. Афина — тоже. Но…
— Боже, уж не хотите ли вы сказать…
— Боюсь, что так, сэр. Отсутствует Афродита.
— Слушаю вас, — раздался голос в трубке.
— У меня к вам предложение.
— Какое именно?
— Те Врата, о которых я вам говорил…
— Продолжайте, пожалуйста.
— Фрагмент, представляющий собой статую Афродиты, находится в Греции, на одном из островов Додеканес.
— Откуда вам это известно?
— Сэр Уильям нашел сержанта, дарителя.
— И этот человек оставил Афродиту в Греции?
— Скажем, у него не было выбора.
— Гм, интересно.
— Гера и Афина отлиты из бронзы, но Афродита…
— Да-да…
— Говорят, статуя из золота.
— И, следует думать, стоит больших денег.
— Разумеется. Полагаю, ради нее стоит отправиться в Грецию.
Яркие солнечные блики сверкали в аквамариновых водах бухты. Рыбацкие баркасы, стоявшие на якоре у острова Кавос, мерно покачивались на волнах. Одинокая чайка, с самого утра парившая в небе, уселась на верхушку мачты.
Нико Галигридис подметал булыжную мостовую перед своим кафе и поглядывал на приближавшуюся к нему темноволосую девушку.
— Приветствую, Алекса! — крикнул он.
— Здравствуй, Нико! — Алекса Корд стремительно шагала по мостовой; шаги ее обутых в сандалии ног были едва слышны. Остановившись перед Нико, она приветливо улыбнулась. — Скажи, можно повесить у тебя в витрине новое объявление?
Нико отставил в сторону метлу и сложил руки на своем весьма солидном животе.
— Вешай, нет проблем. — Внимательно посмотрев на девушку, он спросил: — Неужели опять?
Алекса кивнула.
— Да, опять. — Она вытащила из висевшей у нее на плече сумки молоток и гвозди и принялась прибивать к доске написанное от руки объявление. — Трудно поверить, но еще один из моих работников покинул меня.
— Кристо?
Алекса снова кивнула.
— Он прослышал о работе в новой гостинице на Родосе. Еще бы, там больше платят. Кроме того, ему надоело целыми днями работать в одиночестве. Рядом никого из друзей, не с кем словечком перекинуться.
Нико опустил свое грузное тело на табурет, стоявший у двери кафе.
— Для Кристо, как и для любого из наших парней, проблема не в этом. Их гложет жадность, вот и все. Вечно недовольны, вечно им всего не хватает — денег, девиц, легкой жизни. Вот только тяжелая работа им не нужна. — Нико вздохнул. — Поэтому они и покидают остров. Покидают в поисках лучшей жизни. — Он сокрушенно покачал головой. — Скоро на острове останутся одни старики.
— Нельзя винить молодых, — сказала Алекса.
— Нет-нет, я их не виню. Будь я молодым, вероятно, сделал бы то же самое. Отправился бы туда, где туристы сорят деньгами.
— Когда-нибудь и Кавос станет таким местом, — заявила Алекса. — Да, не сомневайся, ведь этот остров намного красивее Родоса, Коса и Патмоса. Мы тоже сумеем привлечь туристов.
Нико взглянул на девушку с ласковой улыбкой.
— Эх, нашим бы островитянам твою уверенность!
— Одной уверенности мало, Нико. Требуется хороший бизнес-план и реклама. Надо, чтобы в мире о нас узнали. Между прочим, и я тоже одна из «наших островитян».
Нико усмехнулся, и Алекса, нахмурившись, проговорила:
— Да-да, ведь я почти коренная жительница. Моя мать родилась на этом острове, а мой дед прожил здесь до самой смерти.
— Но для большинства наших ты американка. Они считают, что тебе надоест эта затея и ты уедешь.
— И ты так считаешь?
Нико пожал плечами:
— Что я могу сказать? Я верю в тебя, Алекса. Вот только хватит ли тебе сил?
— Уверяю тебя, Нико, что хватит. А что касается жителей острова, то мне придется их удивить, не так ли?
— Удивлять ты всегда умела, — подтвердил Нико. — С самого начала — как только приехала сюда, чтобы вступить в права наследства. — Под полуденным солнцем Нико чувствовал себя не очень уютно, однако не желал прекращать беседу. Вытащив из кармана носовой платок, он утер пот со лба и проговорил: — С тех самых пор все твои поступки удивляли. Никто, ни один человек на Кавосе не думал, что ты умеешь держать в руках молоток.
— Видели бы они, как я с ним обращаюсь, — усмехнулась Алекса. — Мне не хватает профессиональных навыков.
— Правда? Но гвозди-то забиты. А больше ничего и не требуется. Вот что, пока солнце не расплавило нас, давай-ка зайдем дом. Мария сварит тебе кофе.
— Спасибо, Нико, как-нибудь в другой раз. — Алекса сунула в сумку молоток. — Мне надо развесить остальные объявления.
— Собираешься повесить одно из них в витрине мясной лавки? — спросил Нико.
— Везде, где смогу.
Нико рассмеялся и снова утер пот со лба.
