Катя немного подуспокоилась, долгое чтение расписания кинофильмов произвело на нее нужный эффект, и она, выдохнув, как выдыхают после выпитой для храбрости рюмочки, шагнула в жужжащий зал. Гул на мгновение стих – все с любопытством повернули головы, и Катя почувствовала легкий ожог, слегка оплавившись от любопытных взоров. Подошла сильно надушенная дама, праздничный вид которой совершенно не вязался со стареньким, в пятнах фартуком.
– Крещенская, мы вас заждались, – показала она на женщин с ножами.
– Добрый день, куда мне пройти? – Катя решила сразу перейти к делу, чтобы не было никаких расспросов.
Ответственная за подготовку к приему отвела Катю на заданную позицию – разделывать крабов для салата, ну не настоящих, конечно, они б в жаре и часа не пролежали, а баночных, вынимать у них хитиновые пластиночки. Дело нехитрое, механическое, внимания особо не требующее, поэтому, вздохнув спокойно и оправившись немного от неловкости, Катя и сама занялась наблюдением за незнакомыми тетеньками, которых в зале было в избытке. Сначала-то притаилась, вроде как неудобно было, но потом стала зыркать более открыто, интересно же, кто вокруг.
Минут через десять к ней подошла жена доктора, Таня Моисеева, пока единственная из всех знакомых девушек в посольстве. Олег пару раз приезжал с ней к ним домой, когда навещал Катю после больницы. Веселая, живая, с хорошим чувством юмора, она очень подходила Олегу Борисовичу по характеру.
