— Мне нужна ваша помощь, Оливия. Нелл сбежала из дому, я ее нашел, сейчас она у меня. Но я с утра до вечера в больнице, и так будет еще несколько дней. Она хочет вернуться к леди Бреннон, однако это надо устроить. Бронгер, который занимается моими домашними делами, вылетит и заберет вас. У него билеты и деньги. Паспорт у вас есть? Есть, очень хорошо. Он будет у вас в середине дня. Сделайте это для меня, Оливия. И для Нелл. Она постоянно о вас спрашивает.
— Да, конечно. Что мне взять с собой? На сколько дней?..
— На десять дней. Возьмите что-нибудь теплое. Спасибо, Оливия.
Она проскользнула в кухню. Чайник весело кипел, она заварила чай и села за стол. Она просто сошла с ума — он попросил ее сделать нечто совершенно невообразимое, и она тут же, не раздумывая, согласилась. Надо к врачу, у нее что-то с головой. И все равно она поедет. Она мысленно перебрала свой гардероб, посчитала деньги и понесла матери чай.
— Я слышала, звонил телефон, — сказала мать с оттенком вопроса в голосе.
Оливия объяснила.
— Ты считаешь, я сумасшедшая?
— Конечно, нет, дорогая моя. Я не могу представить себе, чтобы мистер ван дер Эйслер стал звонить в семь утра, если нет серьезной причины. Ты правильно решила, поезжай. Бедное дитя…
Оливия присела на край кровати.
— Только мне жалко оставлять тебя, мама. Мы строили такие планы…
— Да, девочка, но ты же не навсегда уезжаешь. А потом я приеду и буду жить с тобой.
— Да, конечно. — Оливия теребила простыню. — Мама, я не могу не поехать. Видишь ли, я люблю его.
— Да, моя дорогая. — Мать не удивилась. Оливия потянула за оборванную нитку.
— Вообще-то это глупо. Я думаю, он женится на Рите, матери Нелл. Очень подходящий вариант: она — вдова его умершего друга, Нелл его обожает. К тому же она симпатичная, обаятельная, с ней ему интересно.
— Тем не менее ты его любишь, Оливия. Делай, что тебе подсказывает сердце.
Оливия улыбнулась.
— Бабушке это не понравится.
— Бабушка тут ни при чем. Иди одевайся, собирай вещи. Я приготовлю завтрак. Отнеси бабушке чай и не говори ни слова.
Итак, Оливия оделась, сложила в сумку вещи, нашла паспорт, проверила деньги в кошельке, достала и положила на кровать зимнее пальто, и тут из комнаты вышла бабушка. Она оглядела Оливию, аккуратно одетую для выхода.
— Ты зачем надела хорошую юбку? Знаешь ведь, что у нас нет денег все время покупать тебе обновки.
Оливия собралась с духом:
— Бабушка, я еду в Голландию. Меня попросили неделю-другую присматривать за Нелл.
— А на какие деньги ты собираешься разъезжать?
— Меня отвезут.
Как по заказу, раздался стук в дверь, и она пошла открыть. На крыльце стоял низенький, толстый, щегольски одетый человек с седыми волосами и ярко-голубыми глазами.
— Мисс Хардинг? Я Бронгер, управляющий мистера ван дер Эйслера. Я должен доставить вас в его дом в Амстердаме. — Он крепко пожал ей руку.
— Заходите, пожалуйста, мы как раз пьем кофе. Нам с вами надо сразу ехать или у вас найдется время выпить чашечку?
— Это было бы неплохо, мисс, — по-английски он говорил бегло, но с сильным акцентом. — У нас есть полчаса, не больше.
Она помогла ему снять короткую толстую куртку.
— Как мы поедем?
— За нами придет машина, я уже все устроил.
Мы летим в Скипхол, оттуда едем в Амстердам. Машину я оставил в аэропорту.
— Что ж, познакомьтесь с моей мамой и бабушкой.
Он пожал руки, слегка поклонился, подвинул стул, выпил кофе, вежливо ответил на вопросы миссис Фицгиббон и ничего ей не разъяснил. Очень благоразумный человек, думала Оливия, наблюдая за ним.
Вскоре они уже мчались в аэропорт.
— О поездке не волнуйтесь, — проговорил Бронгер, — все предусмотрено.
— Как вы успели? Не представляю, как вы сумели проделать все это в считанные часы.
Он улыбнулся, ничего не сказал, и она спросила:
— Можно мне кое-что узнать о Нелл? Она живет у мистера ван дер Эйслера? Не получится так, что она уйдет домой? — Оливия помедлила. — Может быть, я не должна вас расспрашивать…
— Мистер ван дер Эйслер доверяет мне, мисс. Нелл отказывается идти домой, точно не знаю, почему. Уходя из дома, она оставила записку, и просто счастье, что девочку нашли через несколько часов. Она очень возбуждена и требует вас. Известный вам план — это лучшее, что мистер ван дер Эйслер мог придумать за то короткое время, что у него было. К сожалению, на следующие несколько дней у него очень плотный график работы в ряде больниц, и изменить его он не может. Очень любезно с вашей стороны так скоро отозваться на его просьбу, мисс.
— Что ж, я надеюсь, что смогу помочь. Мистер ван дер Эйслер сказал, что Нелл вернется к бабушке, как только он сумеет это устроить. Бронгер кивнул седой головой.
— Нелл у нее хорошо. Она похожа на покойного отца девочки.
Они приехали в аэропорт, следующие полчаса ушли на формальности, и в самолете они уже не разговаривали. У Оливии было о чем подумать, а Бронгер закрыл глаза и задремал. Ему пришлось очень рано встать, догадалась Оливия.
В Скипхоле он проводил ее к главному входу, попросил подождать и ушел, а через несколько минут подъехал в роскошном «ягуаре». Вышел, забрал ее сумку и открыл заднюю дверцу.
Оливия медлила.
