– Давай, я тебе накануне наберу и продиктую? Думаю, соки воды никогда не будут лишними.
– Давай. А может я оливьешечку замучу? – предложила Кристина, которая не представляла празднование Нового Года без этого салата. – Принесу тогда.
– Твое оливье просто супер! Конечно тащи! – восторженно отреагировала Маша.
– Ладно. Может еще что будут силы сделать. Целую ночь ведь кушать да пить, – с со смехом отметила Кристина.
– Да все, что сделаешь – все и приноси! – голосом голодающей как минимум неделю произнесла Маша.
– Я поняла тебя! – засмеялась Кристина.
– Тогда на связи и до встречи! Целую!
– Я тебя тоже. Пока! – немного оттаяв от своего состояния после разговора с подругой и предвкушением празднования, сказала девушка и нажала отбой.
«До Нового Года осталось четыре дня, не считая сегодня», – подумала она. – «Слишком много», – вздохнула девушка, не замечая, что размешивает несуществующий сахар в чашке с чаем. – «Надо придумать, чем себя занять».
И она придумала: оставшиеся дни Кристина помимо работы и учебы то бегала в магазин, то поздравляла соседей, то готовила к празднику. В общем, занимала себя, чем могла предпраздничной суетой, пытаясь забыть, что Миша так и не объявился. Кристина как не старалась, не могла забыть эту встречу. Девушка все время повторяла себе, что насильно мил не будешь, а она, судя по всему, как рад та, что не мила.
Но ночами во сне она металась в томлении по его рукам, зеленым как трава летом глазам и губам. И вот как-то внезапно во всем ворохе дел и забот, но наступило 31 декабря. Кристина посмотрела на тазики салата, которые приготовила на празднование к Маше, и прошептала:
– Я наготовила на ораву!
И сама себе ужаснулась.
«И как это все теперь нести?!» – девушка металась в последних сборах, почти одновременно накладывая последние штрихи макияжа, поправляя волосы, натягивая теплые рейтузы под праздничное платье, что она делала исключительно на Новый год, потому что не дело встречать такой праздник черт знает в чем, но и замерзнуть ей тоже не хотелось. И еще пытаясь параллельно найти плошки и посуду для приготовленной на армию еды.
– Соки уже в зубах нести только, – раздраженно от такого перебора бормотала она. – Придется оставить до Рождества! Я точно не донесу, да и совсем с голодухи помру тогда, когда домой вернусь. Все деньги почти в Новый год вбухала, а как же Рождество?
Тут раздался звук о приезде такси, которое Кристина заказала, чтобы доехать до Маши. Еще раз впопыхах она все проверила, схватила приготовленные котомки с салатами и спустилась к такси, судорожно пытаясь понять, все ли запланированное она взяла.
«Наверняка же что-нибудь да забыла!» – заранее сокрушаясь, подумала она. «Главное, чтобы не голову!» – саркастически подумала Кристина, сразу запретив себе так думать и тем самым прекратив свои страдания по этому поводу.
И тогда поняла, что само ожидание праздника бередит все внутри нее, и этим самым осознала само ощущение чуда или чего-то великолепного, от которого на душе у нее сразу стало легче и светлее. Кристина, наконец, позволила себе немного перевести дух пока едет. И тогда девушка стала смотреть в стекло такси на уже дышащий праздничным предвкушением город, подмигивающей множеством почти новогодних огней. Она смотрела, а за окном мелькала заснеженная Москва, огни и одинокие прохожие, стремящиеся успеть к Новому году к ломящимся от еды и выпивки столы, к радостным лицам родных и знакомых, а если повезло, то любимых людей. Примерно через минут сорок Кристина подъехала к дому Маши и к неудовольствию уставшего от работы водителя, который тоже стремился душой и телом к экрану и столу праздника, долго и нудно выгрузила все свои запасы провизии. Когда этот великий процесс был закончен, и Кристина даже не успела проверить, что она ничего не оставила в машине, водитель поспешно сел в нее, и нажав на газ, стремительно улетел со двора в неизвестном направлении, оставив ее в глубоком недоумении.
– Бедолага, – посочувствовала она ему, понимая, что все будут праздновать, а он все равно за баранкой, а потому такой раздраженный.
«Я бы тоже, неверное, была злой на его месте», – подумала она.
– Алло, Мааш, – набрала Кристина номер подруги, смотря на стоящие на снегу пакеты. – Привет. Я приехала и внизу. Но если хотите кушать на Новый год салатики и вообще, пусть кто-нибудь спуститься за мной. Хорошо?
В ответ радостный голос Маши уже командовал и давал распоряжения по встрече новоприбывшей. Через минуты две дверь подъезда, куда Кристине и нужно было попасть, открылась, и из нее выскочил, слегка поскальзываясь на ходу на умятом по дорожке снегу, в спешке не успев одеться нормально, в легких ботинках и в не застегнутой куртке, Виктор.
– Привет, Крис! Где еда?!
Кристина улыбнулась всегдашнему его вопросу. Ей казалось порой, что еда – это единственное, что его беспокоит на праздник, тем более Новый Год, который никак не мог произойти для него без ломящегося от еды стола.
– Привет! Доставку еды на праздник заказывали? – веселым голосом спросила она.
Виктор в ответ радостно улыбнулся.
