Кошка сдохла пару дней назад. Сейчас ее полосатую шкуру почти полностью облепили мухи, а от тощего тела распространялся неслабый запах. Эмму сразу вырвало, стоило ей увидеть тельце в самом центре чердачного помещения в доме Киарин, а вот парни из охраны оказались покрепче: они обступили труп со всех сторон, но трогать не спешили. Как же! Кошка, порождение дьявола, еще и погибшая прямо на чердаке. Дурной знак, не сулящий ничего хорошего для Хелен.
— Хватит, не в кинотеатре, — Адам чуть наклонил голову, чтобы не стукнуться о балку, обогнул своих парней и склонился над кошкой. — Быстро заберите ее и отнесите куда следует. Не хватало еще пугать беременную женщину подобной ерундой.
— Наоборот, — а вот высокому Кевину пришлось почти весь путь проделать в полусогнутом состоянии, иначе разбил бы себе лоб, — пусть наш дорогой Лютик видит, в какую историю влип и поскорее согласится лечь в больницу, в свою прекрасную отдельную палату. Докторов она не слушает, возможно, хотя бы дохлая кошка ее проймет.
— Она умерла не в доме, ее сбила машина, — заметил Адам. — И я не уверен, что в России такое же отношение ко всему этому.
— Унесите.
Наверное Кевин прав, и они должны посильнее надавить на Хелен, но запугивать беременную и одинокую женщину — это слишком. Удивительно, но охранники в самом деле послушались Десмонда и упаковали кошку в мешок. Адам одобрительно кивнул и ушел с чердака, увлекая за собой бледную Эмму. Надо будет отдать распоряжение, чтобы из Грейстоуна прислали пару уборщиц, навести здесь порядок.
Кевин же замер возле окна, наблюдая за тоненькой фигуркой приближающейся Хелен.
— Дядюшка, — он заговорил только после того, как последний из людей Адама закрыл за собой дверь, — ты в порядке? Я же просил приударить за русской, поднапрячься, чтобы не упустить наши капиталы. А ты?
— Пока не получается.
Говорить о русской не хотелось, но Кевин нарочно раз за разом поднимал эту тему, чтобы сделать побольнее. Хелен не обращала внимания на них обоих, а Десмонда и вовсе сторонилась, каждый раз сбегала из дома или звала кого-то из охраны, когда он оказывался рядом. Это злило. И манило его еще сильнее.
Она была точно как Киарин. Такая же тихая, спокойная, но со стальным стержнем внутри. И, когда гладила свой живот улыбалась точно так, как жена, когда носила под сердцем Дона. А Хелен носит ребенка Дона, живет в этом доме, том самом, где Десмонд был счастлив, и скоро получит половину компании, или даже больше, Кевин до сих пор темнил и не рассказывал подробностей завещания Донована.
И с каждым днем Десмонд все сильнее хотел жениться на Хелен, это бы изменило все. Он получил бы доступ к управлению компанией, которого был лишен все эти годы, достаточно денег на своих лошадей, прекрасную жену и внука, которого растил бы как собственного сына. Словно получил шанс отмотать все назад, вернуться в те счастливые времена, когда не успел разрушить свою жизнь. Кевин в этой схеме казался лишним элементом. Назойливым, мешающим, помешанным на выгоде и компании.
— Дя-а-адюшка, ты теряешь хватку! — племянник хмурился и теребил его за рукав, вынуждая обратить внимание на себя. — Поулыбайся ей, помоги донести что-нибудь, поболтай о ее ребенке, будущие мамаши обожают все это. Сейчас ты дышишь в хвост О'Келли, который того и гляди приберет к рукам наши деньги.
— Не думаю, что ему нужны наши деньги. Он всерьез заинтересовался Хелен.
И Десмонд готов был лично задушить инспектора за это. Особенно после вчерашнего отчета охраны, в котором говорилось, что тот проторчал в домике Киарин больше трех часов. Все их действия записали камеры, но Адам не дал запись ни Кевину, ни тем более Десмонду.
— О да. Наш страж влюбился. Даже немного стыдно, за то, что я сделал. Но это следствие твоих просчетов, дядюшка. Соберись.
Кевин потрепал его по плечу и поспешил вниз, к той самой русской ведьме, которая одним появлением лишила разума стольких мужчин.
После прогулки Хелен выпила чай из термоса, написала кому-то сообщение, потом нахмурилась и написала снова. На двоих телохранителей, доктора, Адама и Кевина она не обращала внимания, будто те были мебелью. Игнорировала она и Десмонда.
Киарин делала так, когда они ссорились. Было бы легче, если бы она кричала, плакала, била тарелки или грозила разводом. Но это было ниже ее достоинства. Киарин просто не замечала Десмонда, когда считала, что он ведёт себя неправильно.
Она больше походила на фею, существо из другого мира: слишком красивая и правильная для обычного человека. Ее отец, когда давал согласие на их брак, говорил, что Киарин будет в порядке, пока любима. А Десмонд все разрушил.
— Чем обязана? — Хелен, наконец, отложила телефон и теперь глядела прямо на Кевина, как на главного в семье. — Или это лишнее напоминание, что я здесь гостья и не должна слишком расслабляться?
— Дом твой, я же сказал. Бумаги оформят со дня на день, — племянник развалился в кресле и закинул ногу на ногу.
