Письмо Л. Аксельрод и Л. Дейча появилось не случайно. С 1922 года стал проявляться интерес к деятельности Плеханова. Публикуется целая серия работ о нем. В них преобладало преклонение перед первым русским марксистом. В.Я. Вольфсон издает две книги: 1) «Великий социалист. Краткий очерк жизни Г.В. Плеханова» [1-10] и 2) «Вокруг Плеханова» [1-11]. Они отражали огромный интерес, какой возбуждали тогда сочинения Плеханова, а сами книги были вызваны, по выражению автора, «тягой к Плеханову». В первой книжке дается краткий биографический очерк и бегло очерчивается значение Плеханова как философа и публициста. Вторая книжка Вольфсона является указателем литературы о Плеханове за 1922 год.
В ней приводится, и довольно подробно, содержание перечисленных статей о Плеханове - основателе русской социал-демократии.
В статье А.Френкеля «Надо заострять революционное оружие» сказано:
«Наша марксистская философия имеет такого большого представителя в России, как Г.В.Плеханов. Он на русской почве создал лучшую литературу по философии марксизма. По ней учились, действовали и действуют основоположники коммунистической партии, по ней должно учиться и все молодое поколение» [1-12].
Автор ссылается на известное высказывание В.И.Ленина в его речи «Еще раз о профсоюзах», где говорится, что нельзя стать сознательным, настоящим коммунистом без того, чтобы не изучать - именно изучать - все, написанное Плехановым. На основе работ Плеханова советский философ тех лет Даян в 1924 г. исследовал проблему соотношения детерминизма и свободы [1-13]. Основное внимание он концентрировал на вопросе о детерминизме и роли личности в истории. Он один из первых поднял вопрос, который много лет не сходил со страниц философских работ: если общественное развитие совершается исключительно в силу причинной необходимости, то какой смысл имеет наше содействие общественному развитию? Кто будет стремиться к тому, чтобы содействовать наступающему лунному затмению? Привлекая фактический материал из истории философии, Даян приходит к выводу, что лучшее решение проблемы дал Плеханов, и подробно знакомит читателя с основными его идеями, указывающими на то, что детерминизм не только не снимает активную роль личности в истории, но является основой ее деятельности.
В защиту Плеханова выступила, как мы видели, и Л. Аксельрод. Тон ее письма (о Плеханове) бросает некоторый свет на всю ее будущую деятельность. Непримиримость и принципиальность поставили ее в оппозицию к официальному философскому руководству. Она все время попадала в немилость к «властям», на нее обрушивались всевозможные критики, а она то и дело неутомимо и с блеском парировала удары. В скобках заметим, что через 10 лет, в 1932 году, когда М. Митин станет главой советского «философского фронта», он скажет о письме Л. Аксельрод о Плеханове: «Вот прямая меньшевистская вылазка, прямое меньшевистское обращение против воззрения Коминтерна, который обвинялся со стороны Аксельрод в инсинуациях и т.д.» [1-14].
Только в первые несколько лет Аксельрод работала более или менее спокойно. Опубликовала ряд работ: «Карл Маркс как философ» [1-15], «Критика основ буржуазного обществоведения и материалистическое понимание истории, вып. I» [1-16], «Этюды и воспоминания» [1-17] и др. Но примерно с 1925 г., когда она написала ряд работ о Спинозе, начались ее серьезные расхождения с официальной философской линией по многим вопросам, и Аксельрод долгие годы находилась в немилости, вплоть до ее кончины в феврале 1946 г. С первых лет ее деятельность ограничивалась плодотворной педагогической и научной работой, но не, так сказать, руководящей. Она не вошла даже в редколлегию журнала «Под знаменем марксизма».