— Отравить решила? — хмыкает злобно, откинувшись на спинку кресла.
— Вовсе нет. Это от всей души. Я и вправду тебе очень благодарна. И я надеюсь, что мы могли бы забыть старые обиды. Я хотела бы извиниться перед тобой за рубашки. Мне не стоило этого делать, — стараюсь говорить максимально искренне, смотреть прямо, хотя это сложно без зрительного контакта.
— Надо же, — усмехается недобро. — Окей, считай, что забыли. Но вот за это ты ответишь, — рыкнул так, что душа ушла в пятки. Сорвал с себя очки, демонстрируя фиолетовый синяк и заплывший глаз.
— Ну, что мне сделать? — вздохнула, глядя на него с сочувствием. Вид у него и впрямь так себе. — Уволиться пока не могу, извини. Мне же надо на что-то жить.
— Вот и не попадайся мне тогда на глаза в ближайшее время, — недовольно буркнул он, уткнувшись опять в монитор. Но готова поклясться, что в этот раз в его голосе было гораздо меньше злости и пренебрежения, чем обычно.
Это не могло не радовать, поэтому остаток дня прошел довольно терпимо. Было бы еще лучше, если бы коллеги поскорее забыли о том, как я разослала всем видео себя в неглиже. И перестали меня подкалывать. Но это уже такие пустяки, ей Богу.
Но домой я ехала в отличном настроении. Выходя с работы Оксана шепнула мне на ухо, что Озёрский в одиночку умял половину чизкейка, она только и успевала ему кофе подносить. Что ни говори, а приятно.
Папа часто говорит, что нет в мире более счастливого работника, чем тот, у которого начальник уехал в командировку, а еще лучше в отпуске. В этом я смогла убедиться лично, после того, как большая часть руководства отправилась в Вену. Даже в день начисления заработных плат лица коллег не выглядели такими счастливыми.
Мне это напомнило о временах в старших классах. Когда учитель выходил из класса, оставляя кого-то из учеников за старшего. Одноклассники на полную пользовались этим мимолетным ощущением свободы.
Видимо во мне еще горит заряд новичка, поэтому того воодушевления, что мои коллеги я не испытывала. Скорее с удивлением за ними наблюдала. До сих пор я и не подозревала какой расслабленной может быть обстановка в офисе.
Теперь вместо бесперебойного клацанья клавиатур ото всюду звучат смех и громкие разговоры коллег, которые начали группироваться в небольшие стайки в разгар рабочего дня.
Озёрский показался утром, раздал задания и уехал. Оксане он сказал, что едет на встречу, но мы с девочками уверены, что он просто не хочет лишний раз светиться перед коллективом с фингалом под глазом.
Признаюсь, я еще тот задрот, с незначительными симптомами синдрома отличницы. Поэтому последовать примеру коллег и расслабиться мне не удалось.
Валерия Леонидовна оставила всему отделу, и в частности мне нехилый такой список заданий. Учитывая, как я облажалась на прошлой неделе, свой минимум дел пришлось выполнять исправно.
А это довольно непросто, когда вокруг такая расхолаживающая атмосфера. Рабочий настрой вконец испарился, когда в очередной раз рабочий чат без начальства вновь пиликнул сообщением.
Тяжело вздохнув, открываю мессенджер, пролистываю и офигеваю.
Коллеги обсуждали всякую бредятину, но вместо смайликов использовали стикеры, сделанные из… из того видео, где я занимаюсь йогой.
Тут я стою в позе воина, широко расставив руки, картинка сопровождается подписью «Это я показываю клиенту, какую прибыль он получит при заключении контракта»
Поза спящего воина: «Это меня так скручивает, в конце каждого отчетного квартала»
Поза гирлянды: «А это я, когда берусь за несколько дел одновременно».
И куча еще других вариантов.
Вот же козлы. Радует, что злосчастными картинками перебрасываются только четверо ребят, остальные коллеги, просто поддерживают юмор классическими смайликами и набором букв типа ахаха.
Руки подрагивают от обиды, но не решаюсь, как-либо комментировать увиденное. Понимаю по взглядам сотрудников, что все ждут именно моей реакции. В особенности эти четыре шута из коммерческого отдела, во главе с Матвеем.
Ругаться я не хочу лишь по одной причине — боюсь не справиться с эмоциями и позорно разрыдаться. Мне надо успокоиться.
Ну, что за ребячество? Тоже мне взрослые мужики!
Оксана с Мариной спустились в кафетерий и принесли обед на наш этаж. Уже, который день мне приходится избегать места общепита. Какое же счастье иметь подруг и соратниц.
— Это никогда не закончится, да? — спрашиваю у девочек, потухшим голосом.
— Всего недельку надо потерпеть. Начальство в командировке и все будто с цепи сорвались, — махнула Марина.
— Или вниз по эволюционной лестнице, — фыркнула я. — Что я им сделала? Я всегда со всеми вежлива, приветлива. Если обращаются с просьбой стараюсь помогать. С Матвеем казалось мы вообще на одной волне. А он тут с друзьями устроил травлю, как гадкий персонаж подростковых драм. Если так и дальше пойдет, придется уволиться.
— Фух, не хотела говорить. Но молчать тоже видимо не получится, — сморщилась Оксана. — Я сегодня спускалась в курилку…
— Оксана! Ты же бросила! — воскликнули мы в один голос с Мариной.