Я медленно прочитала контракт до конца, пока не нашла пункт, устанавливающий то, что я не буду уволена с работы, пока я соблюдаю правила и выполняю работу, как установлено в моём трудовом договоре. Я положила бумагу на кровать и закрыла свой ноутбук. Мой мозг мчался со скоростью света, кружась вокруг одной мысли: СЕКС. Обжигающий, пылкий, взрывающий мозг секс. И все потрясающие вещи, которые к нему прилагаются: прикосновения к его коже, поцелуи, мои ноги, обвивающие его бедра и всё это вместе.
Джетт не делал секрета из того, что он не хотел ничего, кроме сексуальных отношений. Так как мои отношения с Шоном только что закончились, и мне не хотелось ходить на свидания, предложение Джетта не вызывало во мне обиды. Напротив, идея увлечения без чувств казалась очень интригующей. Мужчины постоянно занимаются ни к чему не обязывающим сексом и кажутся от этого счастливее. У них нет разбитых сердец и разрушенных планов на будущее. Многих женщин устраивает лишь плотская сторона отношений. Хотя бы раз я хотела кусочек той беззаботной жизни, где мои потребности удовлетворены без эмоциональной вовлеченности. Это просто безопасное развлечение и ничего больше. Не страшно, если я попробую, потому что с самого начала я знаю, во что ввязываюсь.
Я кусала губы, пока мысленно бродила от аргумента к аргументу. Джетт был моим боссом, что вызывало противоречие. Могла ли я принять его в качестве своего начальника во время рабочего времени и грязно развлекаться с ним ночью? От этой мысли вниз по позвоночнику побежали приятные мурашки. Это была проблема, которой было сложно противостоять.
Подними свой мозг из канавы, Стюарт.
Отношения Сильвии с её боссом окончились неудачей, но здесь было другое. Во-первых, Джетт не был женат. Во-вторых, у нас был контракт, и у нас никогда не будет такого рода сложностей. И, наконец, Сильвия поняла, что у них были романтические отношения, и Райан любил её. У меня с Джеттом нет ничего, кроме договоренности о сексе, которая учитывает наши потребности и подходит нам обоим.
Плюсов становилось больше или, может быть, я подсознательно их увеличивала и хотела продолжения. Почему-то я знала, что приму предложение Джетта до того, как я решусь на это сама.
На экране моего смартфона высветилось сообщение от Сильвии. Я мельком взглянула на его содержание, в котором говорилось о важном письме, которое пришло через день после моего отъезда. Решив, что это не так важно, я сделала заметку в уме позвонить ей позже. Мой желудок заурчал, и я поняла, что не только упустила полдня, одержимая решением, которое принял Джетт, зайдя в «Черную розу», но я так же пропустила обед.
Медленно подкралась ночь, и на небе появились миллионы ярких звёзд. Воздух заметно остыл, заставляя меня покрыться мурашками в тонкой рубашке и юбке. Я переоделась в голубые джинсы и красный уютный пуловер и спустилась вниз по лестнице в поисках еды.
***
Запах пасты, свежего соуса П есто и морепродуктов ударил мне в нос в тот момент, когда я спустилась по лестнице и повернула направо, следуя по узкому коридору, ведущему в кухню. Джетт готовит? Вряд ли. Я ни разу не встречала мужчин, которые были бы способны на что-то большее, чем разогреть макароны с сыром. Возможно, в его распоряжении есть повар, к счастью для него. И для меня, потому что я умирала с голоду.
Через открытую дверь я слышала лязг кастрюль и сковородок, которые азартно перемещались по кухне. Кто бы это не готовил, ему пришлось попотеть, чтобы не разбить что-нибудь в процессе. Я слегка постучала в дверь, толкнула её и застыла на месте, когда передо мной предстала следующая картина. Джетт, одетый в голубые джинсы и белую футболку, стоял в центре современной кухни кремового цвета, которая на вид стоила столько, сколько я зарабатывала в Санрайз Пропетиз за год. На кухне был беспорядок: в раковине красовались грязные кастрюли, тарелки, разделочные доски, столовые приборы, а по всей рабочей поверхности столешницы была рассыпана мука.
— Эй, — он мимолетом взглянул на меня, а сам в тот момент окунул пальцы в кастрюлю с горячей водой и выловил несколько тонких зеленых макарон фетучини и отправил их себе в рот. Я смотрела, как он медленно жует, его брови нахмурились, как будто он не мог решить, сварилась ли паста идеально или же требуется еще минута. В конце концов, он удовлетворенно кивнул и вылил содержимое кастрюли в дуршлаг из нержавейки.