— Дженна взяла с меня обещание, что я никому ничего не расскажу. Дженна не вернулась той ночью. Я не знала, что случилось, поэтому, когда её не было дома на следующее утро, мне пришлось рассказать родителям, которые позвонили в полицию. Мы искали ее везде, — прошептала я. С лезы начали скатываться по моим щекам ручейками злости, которые впитывались в ткань моей рубашки.
— Они нашли её тело в квартире у друзей Денни. Оказалось, что её накачали наркотиками, и продали нескольким мужчинам, которые изнасиловали её. Нам сказали, она умерла от внутреннего кровотечения. Когда Денни обвинили в убийстве, я была единственной, кто свидетельствовала против него. Его друзья угрожали, что они причинят вред моей семье и я молчала.
Я запнулась, борясь с отдышкой. Как я могла сказать Джетту, что мне не хватило храбрости довести дело до конца? Убийца моей сестры не понес наказания, потому что я боялась за свою жизнь и жизнь своих родителей.
— Мне жаль, — мягко сказал Джетт.
Я покачала головой в ответ. Никакой жалости. Я её не заслужила. Не за испытания, которые прошла Дженна, и, конечно, не за события, которые произошли с моей семьей после её смерти. Мои слезы оказались у меня на губах, я чувствовала их соленый вкус на языке, от которого пересыхало во рту. Моё сердце билось так быстро, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Сдавливающее ощущение вокруг моей шеи усиливалось, но я не хотела отступать, несмотря на паническую атаку, которая активно прогрессировала.
Мы с Джеттом сохраняли молчание несколько минут, пока я снова не утонула в его руках, активно ища поддержку. Он обнимал так крепко, что я опасалась, что он перекроет мне кровообращение, но я была рада этим сильным рукам. Это прояснило мой разум за несколько секунд, и я могла закончить рассказ. Наконец, я была готова поделиться болью и думать о последствиях потом.
— Моя мама никогда не осуждала меня, в отличие от отца, — медленно начала я. — Он так и не смирился со смертью Дженны.
— Вы общаетесь?
Я колебалась, тщательно обдумывая свой ответ. Нет, мы не общались. Мы не могли.
— Он покончил с собой несколькими неделями позднее.
— Мне жаль, Брук, — прошептал Джетт мне в волосы. Его руки сильнее обвили меня, окружая меня теплотой, и я позволила себе утонуть в ней, разрушая последние кусочки той защитной стены, которую я возвела вокруг себя за последние 12 лет.
Глава 21
Не знаю как, но мы закончили в его кровати. Всё случилось так быстро, что мой загнанный мозг даже не зафиксировал это. Солнце светило сквозь высокое эркерное окно, а мои пальцы погрузились в волосы Джетта, притягивая его к себе. Мои губы мягко касались его рта с таким желанием, какого я никогда не испытывала раньше.
Страстно целуя Джетта, я начала расстегивать рубашку, чтобы под ней прикоснуться к горячей коже. Его мышцы были упругие и напряженные, как и мое пульсирующее ощущение между ног.
— Брук, — его шепот звучал, как вопрос.
— Всё хорошо, — как бы в подтверждение этого моя правая рука обвила его шею и притянула сильнее, сокращая расстояние между нами.
— Подожди, — он немного отодвинулся, его глаза горели от желания. — Я не хочу, чтобы ты думала, что я пользуюсь твоим состоянием.
Он не был плохим парнем, я чувствовала это всем своим сердцем. Может быть, именно поэтому я рассказала ему про своё прошлое, поэтому я хотела отдать ему всё, что у меня было, моё тело и душу.
— Я сказала, все хорошо, — ответила я. — Это то, что мне нужно сейчас. Ты мне это дашь?
Наши глаза встретились, и на мгновение всё, что я видела и чувствовала, был Джетт. Его пальцы двигались по контуру моих губ, оставляя за собой покалывающее ощущение.
— Мне бы хотелось всегда облегчать твою боль, Брук, — прошептал он.
О да, мне бы тоже этого хотелось.
Мои глаза наполнились слезами. Я старалась отвернуть голову, чтобы спрятать свои невыплаканные слезы, но его рука схватила мой подбородок, удерживая взгляд на нем. Очень нежно он поцеловал уголки моих глаз, затем переместился на мои щёки, а после вернулся на губы. Каким-то образом его чувственное и нежное прикосновение было более эротичным, чем наш страстный поцелуй, которым мы только что разделились. Его удивительная нежность довела моё желание до крайней степени возбуждения. Я хотела его, и я не боялась принять это.
Мои ноги обвили его бедра, и я притягивала его, пока он не обрушился на меня всем своим весом, почти сдавив мои легкие. Его щетина царапала мою кожу, когда я проводила губами по контуру его челюсти.
— Трахни меня, Джетт.
Я никогда в жизни никому не говорила такого. Мои щеки загорелись от стыда, а соски затвердели от предвкушения. Но мне было всё равно. Боль внутри меня должна быть каким-то образом успокоена, хотя бы на какой-то срок.
— Я никогда не хотел чего-то больше, чем тебя, — простонал он мне в губы. Мгновением позже он поцеловал меня в мучительно — медленном танце. Он сел и притянул меня на свои колени, чтобы снять рубашку и лифчик. Я скинула джинсы и помогла ему снять трусики. Его пальцы скользили между моих бедер, нежно касаясь моего клитора.
