Когда Мятник Свеж разложился, выбираясь из “хонды”, Чарли подбежал к нему и обхватил дылду руками за талию. Мятник приподнял руки в стороны и переводил взгляд с Одри на Риверу с униженным, но решительным взглядом пса, претерпевающего помывку, покуда Чарли наконец не отпустил его и не отошел на шаг.
– Извините, – произнес Чарли.
– Все нормально, – ответил Мятный.
Одри выручила Чарли, проделав с ним самим тот же самый ход “беги-и-обнимай”, только как-то более уместно.
– Ну что, как вам умирать? – спросил у Мятника Ривера. При виде наряда Мятного он приподнял бровь.
– Не так расслабляет, как могло бы показаться, – ответил Мятник.
– Чарли говорит, у вас какая-то волшба против Ямы есть.
– Н-да, но тут такая штука – Анубис как-то совсем не прояснил, каким конкретно талантом я буду обладать, если не считать того, что я его аватара на этом свете. Для начала я бы решил, что начать хорошо бы со штанов.
– Одри? – Ривера посмотрел на монахиню. – Какие-нибудь соображения?
– Я буддист. Мы полагаем, что все боги – иллюзии и конструкции эго. Как знать, может, и вы, ребята, – иллюзии.
– Содержательно, – ответил Ривера.
–
– Что?
– Извините, буддистский юмор. Продолжайте.
Ривера глянул через плечо на форт.
– Ладно, вот что нам известно. Никакой охраны или парковых смотрителей не видать, но если они здесь, как им быть и полагается, вооружены они будут автоматическими винтовками “М4”. По рации ничего о стрельбе здесь не сообщалось, поэтому приходится допускать, что если Яма сейчас тут, как утверждает призрак, они его либо не видели, либо не сочли его угрозой, а это значит, что у него нет при себе Морриган, поскольку я не очень могу себе представить, как их считать не угрожающими.
– Либо вся охрана перебита, – сказала Одри.
– Да, такая веселая возможность имеется, – подтвердил Ривера. – Так что думаете? Винтовки и противоножевые жилеты?
– Не-а, это никакая не битва будет, инспектор. – Мятник Свеж поднял палец, как бы пробуя ветер. – Кто-нибудь еще слышит?
Перекрывая шум прибоя, ветер и движение по мосту, вокруг поднялось какое-то гулкое шуршание – словно раскручивалась громадная реактивная турбина. Все закивали, заоглядывались.
– Что это за хуйня? – спросил Мятник Свеж.
Одри показала на мост: за отраженными лучами прожекторов, освещавших его, и красными проблесковыми огнями для самолетов на вершинах пилонов сам мост начал тлеть – так, словно по всем его поверхностям скользили, играя, мазки света, как будто кто-то раскрашивал его движущимися лазерами.
– Вы все это видите?
У Чарли зажужжал телефон – то была записка от Лили: “МАЙК ГОВОРИТ, ДУХИ НА МОСТУ ПОДНИМАЮТСЯ. ИДИТЕ СЕЙЧАС”. Он прочел сообщение остальным.
– Да этот свет, поди, видать на двадцать миль вокруг, – произнесла Одри. – Почему на мосту тормоза не визжат, никто не останавливается?
– Потому что они ничего не видят и не слышат, – ответил Мятник Свеж. – Так же, как не видят сияния в сосуде души. А мы все – видим.
– Мне кажется, нам туда надо, – произнес Ривера и повел всех через парковку к стальным воротам – форта. В их середине имелась одна-единственная тяжелая дверь. Она стояла широко распахнутой. Ривера остановился у ее края, заглянул, вновь прижался к стене. Ему открылся весь центральный двор крепости. В той стороне, с которой стояли они, размещались казармы – более-менее просто укрепленные кирпичные здания с помещениями для постоя и кормления солдат. Противоположная сторона форта представляла собой сводчатую галерею – три этажа тяжелых арок, где некогда располагались орудия, смотревшие на залив. Теперь же никаких орудий в гнездах не было, и они напоминали ряды маленьких театральных сцен. Из дверей – видно там – никого не было – ни охраны, ни смотрителей, ни человека в желтом.
Рев призраков на мосту перестал уже походить на реактивный двигатель и превратился просто в шум пространства – низкий рокот громадной толпы, десять тысяч голосов в одной маленькой комнате. Ривера дотянулся и выхватил “глок” из кобуры на лодыжке.
– Захожу первым. Дам знак, когда безопасно идти за мной.
Мятник Свеж сказал:
– У вас какая-то тяга к смерти?
– Очевидно, – ответил Ривера.
– Ох, зайти первым-то вы можете, – произнес Мятник. – Только пистолет уберите. Вы ж не знаете, мо-жет, охрана там как-то лично отнесется к тому, кто крадется с “глоком” в руке.
– Я пошел, – произнес Чарли и проскочил в дверь мимо них.
– Папуля! – окликнула Софи, когда Чарли вступил в открытый крепостной двор. Она стояла четырьмя этажами выше на бетонном орудийном постаменте. Рядом с нею был Лимон Свеж. Под аркой уровнем ниже драными тенями пятнали кирпич Морриган. Лишь одна могла похвалиться тремя измерениями, но и она нянчила себе руку без кисти. Она зашипела, и Чарли немножко отпрыгнул.
– Как поживаете? – осведомился Лимон.
– Все хорошо. Милая? – спросил Чарли.
– У меня да, – ответила Софи. – Но тут холодно, а я столько дней ничего не перекусывала. – Она сердито посмотрела на Лимона. Ветер трепал ее темные косички по лицу.
