Сзади послышался тихий предупреждающий рык. Заведующий оторвал глаза от черной воды, глянул вокруг осоловело, как со сна. На тропинке стояла преогромная серая псина, медленно дыбила шкуру и рычала.
— Но-но, Змейка! — прикрикнула, подходя, девушка. — Вы кто? А… — Узнала. — Из Филиала! Идемте в дом.
На берегу озера, оказывается, был дом. Такой же черный и занесенный снегом, как деревья кругом. Такой же молчащий и отстраненный. Разве можно жить здесь? Совсем одной, среди дикого леса? И не одичать, остаться человеком?!
Заведующий искоса глянул на девушку, как она идет рядом, оглядывается на гостя, улыбаясь, явно обрадованная визитом. Обычная девчонка, прав был Дежурный. И все-таки… Недаром ей подчинился Подкидыш!
Они поднялись на скрипучее крыльцо, тяжело, с металлическим лязгом грохнули входной дверью, прошли большим холодным помещением с лавкой, на которой стояли ведра с водой, затянутой поверху льдом.
— Прошу, — девушка открыла вторую дверь, обитую клеенкой. И Заведующий вошел. И остановился, хлебнувши удивительного тепла, духа бревенчатого обжитого дома и недавно истопленной печи.
— Да в чем дело, Степан? Что вы так беспокоитесь? — удивленно пожала плечами Варвара. — Если нужно, я, конечно, поеду. А что удрала из Филиала — извините. Это все-таки был шок, чтоб после него прийти в себя, мне нужно отлежаться в своем логове. Да и не думала, честно говоря, что так скоро будет во мне нужда.
— Варя… А самой тебе хочется к нему ехать?
— Нет. Совсем не хочется.
Девушка сидела на табурете боком к Степану, отвечая, не повернула головы.
— Почему?
Она беспомощно пожала плечами:
— Он чужой. Я его боюсь… Нет, не то что боюсь, а не чувствую… — Варвара, пытаясь объяснить, морщилась и раздражалась помаленьку от того, что объяснить не могла. — Ну — не знаю я, Степан! Только возиться с вашим Подкидышем нет охоты. Какое-то предчувствие, что зря на него время потрачу. Он мне взаимностью не ответит. Он…
— Почему же ты хочешь снова ехать к нему?
Девушка подняла на Степана глаза, снова удивилась.
— Я не хочу. Но я же вам нужна? Начавши говорить — надо говорить до конца.
Они шли по коридору в кабинет — Заведующий Степан и невысокая девушка в теплом полуспортивном костюме. Двигалась Варвара легко, но все время словно придерживала себя. Так идет собака по незнакомому помещению — собранная, внимательная, готовая в любой момент остановиться или прянуть в сторону. Кстати — собака была здесь. Змейка всюду следовала за хозяйкой. Не паж, не телохранитель, даже не друг, а неотделимая часть Варвары — второе «я».
Они входят в кабинет, где ждет Дежурный.
— Здравствуй, Ян, — говорит ему Варвара. Спокойно говорит, дружелюбно, но лицо «плывет».
Дежурный кивает девушке, усмехаясь:
— Здравствуй, Ведьма.
Степан удивленно глядит — они знакомы, оказывается? И тут же всплывает смутное воспоминание. Да, да, да! Ян ведь работал в Заповеднике! Там на него напал какой-то зверь, здорово порвал — парня еле выходили. В Заповедник Ян не вернулся, пришел работать в Филиал, к нему, Степану, в помощники… Но не время сейчас об этом.
Трое садятся за стол, на котором их ждет кофе и шоколад, и приступают к делу.
— Нет, — говорит Варвара. — И не мечтайте. Змейка туда не пойдет. Одна, во всяком случае.
«Почему?» — в который раз хочет спросить Степан.
«Потому, — молча отвечает Варвара, — что она не повинна в наших затеях. Так чего ради она должна страдать за чужие грехи? Это ведь, кажется, подлостью называют, когда кого-то — вместо себя?»
— Хорошо, пусть не Змейка, — покладисто отзывается Ян. — Но кого-то все равно придется пустить вперед для пробы.
— Нет, — снова качает головой девушка.
— Черт бы тебя!.. Почему?! — взрывается Ян.
— Вы хотите посмотреть, как он будет с ними расправляться? А я не хочу. И никого впереди себя не пущу.
— Тогда нам придется смотреть, как он расправляется с тобой, — замечает Степан.
Девушка трясет головой, досадливо полусмеется-полуморщится.
— Да поймите! У меня есть шанс. Я один раз уже заставила его себе подчиниться. А у Змейки, к примеру, этого шанса нет. Пустить ее первой — на верную гибель… Подожди, я не кончила! Так вот. Если вы решите иначе — я сию же минуту уезжаю. Вот теперь — все.
— Она права. — Ян отвернулся к окну. В последнее время за ним стала водиться такая привычка — разговаривать через плечо и созерцать летящий снег. Особенно когда он бывал недоволен собой и ситуацией. — Или мы используем ее способности, или ей здесь делать нечего.
Побагровевший от раздражения Степан цедит:
— Ну, ладно. А потом?
— Потом можете пустить ко мне Змейку.
— Нет, я не про это. Предположим — все кончится к общему удовольствию. Что потом делать с Подкидышем?
— Лишь бы опять не напал. Если не будет атаковать — попробуем договориться. Должен же он понять нас! Разумное же существо!
У Варвары вдруг вытянулось лицо. Как на ненормальных она уставилась на мужчин.
— Ты что, Варя? — Она молча кивает головой, отворачивается. — Тогда уточним меры безопасности, последовательность этапов эксперимента — и завтра начнем.