Локи шестнадцать, у него не самый лучший характер и это его девятая по счету приемная семья. Тору семнадцать, у него проблемы с контролем гнева и ему совершенно ни к чему младший брат. Но Одину плевать. Как на первого, так и на второго. Он просто ставит подпись внизу документа об опекунстве, чтобы добавить себе репутации в высших кругах, а отдуваться за это решение придётся... Кому?..
========== Глава 1 ==========
+++
Как только шасси самолёта касаются посадочной полосы, становится ясно, что обратной дороги нет. Поднимаясь с сиденья и ступая в вереницу людей, выходящих наружу; спускаясь по трапу и проходя паспортный контроль; здороваясь с тут же встретившим его новым куратором из органов опеки — он прокручивает в голове только эту мысль.
«Бежать некуда».
Он на другом краю страны. Он совершенно не знает города, уже не говоря о штате и…
Однако, это, скорее всего, совершенно не помешает сбежать снова. Зимой ему исполнится только семнадцать, а это значит, что, пока не достигнет совершеннолетия, успеет побывать ещё у двух-трёх приёмных семей точно.
Ох уж эти люди, которые думают, что смогут приструнить «несовершеннолетнего подростка с девиантным поведением и возможной зависимостью от табака», и поэтому решают завести приёмыша!..
— Так… Локи, да? — среднего роста мужчина мягко ему улыбается и, положив руку на плечо, ведёт к выходу из аэропорта. Незаметно, как он думает, кивает полицейским у стола справок. — Меня зовут Брюс и…
— И я твой новый куратор. Сейчас я расскажу тебе совершенно ненужную, скучную и дурацкую информацию, которую ты и так слышал уже кучу раз, — голос парня скучающий и бесцветный, он оглядывается, изучая зал ожидания аэропорта и запоминая его. На всякий случай. — И я естественно спрошу у тебя: хочешь ли ты её услышать, но если ты ответишь нет, я всё равно начну говорить, — подтянув рюкзак, висящий на плече, поднимает безразличные глаза на всё ещё улыбающегося Брюса. — Да. Я — Локи.
— Меня предупреждали, что ты вредный малый. Ну, ничего… — мужчина берёт из его руки ручку чемодана и сам начинает везти его.
Колесики безостановочно повторяют один и тот же ритм, перекатываясь с одной плитки пола на другую, и он на секунду прикрывает глаза, качая головой в такт. Перелёт определённо утомил его.
— Я попытаюсь исправить твою вредность, ведь я — твой новый куратор. И, как говорится в Библии, «по молитве твоей отпустятся грехи твои» и… — миновав разъехавшиеся двери, они выходят на улицу. Локи начинает дышать чаще, насторожившись и внутренне сжавшись, но тут же, будто по щелчку пальцев, одёргивает себя, выпрямляет спину и стирает эту животную пугливую загнанность из взгляда. Незаметно прокручивает на среднем пальце левой руки кольцо настроения, чтобы дать хоть какой-то выход нервозности.
— Я не верю в Бога, так что ты не угадал, — Брюс обрывает его, качает головой и с улыбкой, предупреждая дальнейшие речи своего курируемого, говорит: — и, если ты не хочешь, я не буду читать тебе основные правила. Но обсудить кое-что нам всё же придётся.
Локи в ответ пожимает плечами, умолкает, посильнее натянув рукава рубашки и засунув руки в карманы джинсов, и оглядывается.
Здесь не так уж и людно: ни в аэропорту, ни в самолёте, ни на улице. Ему нужно просто успокоиться и вернуть себе самообладание — это всего лишь Флорида, а не другая страна или континент. Тут всё ещё говорят на привычном ему языке, а зимой тепло, в отличие от Северной Дакоты, откуда прилетел его чартерный самолет.
Главное успокоиться, прийти в себя и быть собранным, чтобы в любой момент найти силы поставить защитный барьер из язвительности и равнодушия. Это всего лишь ещё одна семья, где его примут или нет, будут обращаться хорошо или плохо, на год или две недели…
Это не смертельно. Но всегда так странно…
Выходить из аэропорта/вокзала и осматриваться, когда тебя только нашли, сбежавшего от очередных приёмных родителей, и вот-вот уже отправили к новым в другой штат.
Хотя это уже и было привычно в некоторой степени, но то, как всё буквально замирало внутри, как становилось неуютно, как новая обстановка выбивала почву из-под ног… Ему это всё ещё не нравилось. И вряд ли когда-нибудь начало бы нравиться, но, как говорится, вокруг него мир не крутится, и никто и не обещал, что вся его жизнь будет его устраивать.
— Тебе не жарко? — они прошли по парковке, где-то невдалеке приветливо мигнул небольшой хэтчбэк, видимо, в ответ на нажатие кнопки на брелоке. Брюс всё ещё вёз его чемодан, Локи всё ещё пытался угадать, как долго продлится это добродушие, и что за него потребуют в ответ. — Утром передавали, что сегодня будет почти тридцать градусов…
Мужчина утер лоб рукой и глянул на мальчишку. Тот выглядел слишком худым и бледным, а длинные, чёрные, как смола, волосы, неаккуратно собранные резинкой наоборот будто выделяли его из основной массы. Зелёная рубашка в клеточку была застёгнута на все пуговицы, а рукава опущены до самых ладоней.
— Нет. У меня ВСД*, а кожа слишком чувствительна к ультрафиолету, — он пожал плечами, остановился и посмотрел, как Брюс складывает ручку, открывает багажник машины, к которой они подошли, а затем кладёт чемодан внутрь. Врать куратору в любом случае было бессмысленно, ведь он мог запросить документы и всё равно всё узнать сам. О здоровье, характере, проделках. Хотя, скорее всего, уже знал, и все эти фразы были лишь необходимой вежливостью, что так любят проявлять взрослые. Локи безразлично хмыкнул. — Мне на переднее можно?..
