Во время пандемии коронавируса, двоюродных братьев Витю и Дениса отвозят в деревню, подальше от города. Им там оказывается не так плохо: к ним приветливы как взрослые, так и дети. Только вот истинная причина этой приветливости хранит в себе ужас, из которого они попытаются выбраться.
– Ты помнишь, как туда ехать? – нервно спрашивала сидящая на пассажирском сидении женщина. Её муж, обхватив руками руль, пригнувшись рассматривал степные дали, словно пригибание как-то усиливало его зрение.
– Да, был когда-то здесь. Лет двадцать назад…
– Двадцать! Да мы сейчас заедем так что и не выедем!
– Успокойся, – зло огрызнулся мужчина. – Найдем. Я помню, что тут едешь-едешь, а потом внизу видно будет их поселение.
На заднем сидении маялись два мальчика. Одному – Вите – недавно стукнуло пятнадцать лет, а второму – Денису – тринадцать. Что для них самих казалось огромной разницей. Они были друг другу, как говорили раньше, кузенами, то бишь двоюродными братьями. Денис обхватил спинку сидения матери и спросил:
– Долго нам еще ехать? Вокруг вообще ничего нет, одна трава.
– Лучше у папы спроси, – буркнула мама. Папа лишь покосился в ответ. – Когда-то же приедем, потерпи.
Денис со вздохом откинулся назад. Внутренняя энергия не позволяла ему просто существовать. Должна быть хоть какая-то цель – добежать вон до того камня. Чем не цель? А теперь вроде они куда–то должны приехать, но куда и когда – совершенно непонятно.
– А ты не был у этого дяди Лёши? – спросил Денис у кузена.
Тот лишь скривился:
– Не-а. Даже не слышал. Блин, и взбрело же им в голову нас туда везти. Отсюда и не сбежишь домой, – он посмотрел в окно где проносились зеленые луга. Местность не была ровной: постоянные холмы, впадины, промытые дождями яры. Изредка посреди этого торчало какое-нибудь уродливое скрюченное дерево.
– Может там не так уж и плохо? – сказал Денис. – Ну на улице просто больше сидеть. А так можно точно также во что–то побегать, видос посмотреть.
– Побегать? – усмехнулся Витя. – Видос? Ты реально думаешь, что здесь есть инет? А насчет поиграть – так деревенские начнут на мозги капать, мол хватит фигней страдать, вот тебе лопата, или давайте траву на грядках повыдираем. Бывал я в деревне, в курсе как оно.
Денис притих и задумался о таком невеселом будущем. «Рено-Дастер» наконец-то перевалил очередную возвышенность и внизу, около худой речушки, раскинулась маленькая деревня, которую родители Дениса называли хутор Красный Гай. Денис из этого знал только слово «красный».
Ну хоть в окно стало интереснее смотреть. Забор из сетки, очень длинный и где-то в глубине за ним старый маленький дом. Затем снова кусок степи и вновь чей-то участок, только теперь забор был из шифера. По другую сторону дороги тоже разбросаны по степи дворы и также редко. Денис представлял себе картинку где дома идут сплошным рядом, с разноцветными воротами и припаркованными машинами. А здесь и улиц как таковых то не было, жили люди просто на земле.
– Смотри, центр, – насмешливо буркнул Витя и Денис тут же перелез по сидению на его сторону.
Между двумя участками на открытом месте сделали клумбу, посередине которой стоял маленький памятник. Кому – они не успели разглядеть. Вокруг клумбы несколько лавок.
– Вон Лёшин дом, – сказал наконец папа указывая рукой вперед. – И сам Лёша там же.
Они подъехали к участку, перед которым дорога уходила в сторону. За ним никаких соседей, лишь степь. Это был край Красного Гая, если в таком поселении вообще можно выделить края.
Возле калитки стоял мужчина лет сорока, глубокий старик, как определил Денис. Короткие светлые волосы, густые усы, которые не вызывали страх, а наоборот делали лицо добрее и приветливее. Дядя Лёша был выше среднего роста – выше отца Дениса – вроде бы и худой, но жилистый, мозолистые руки казалось излучают силу. Такими руками гнут подковы, разбирают трактор и заваливают лося за рога. Одет дядя Лёша был в поношенные джинсы, растянутую футболку. На ногах неопределённого цвета калоши.
Папа вышел из машины протягивая руку. Дядя Лёша спокойно ее пожал. Увидел вылезающую маму Дениса. Папа перехватил этот взгляд и тут же их познакомил. Они мило друг другу улыбались, кивали, папа махал рукой, дядя Лёша внимательно слушал. Наконец–то папа махнул рукой мальчишкам – вылезайте, да поскорее.
Дядя Лёша спокойным взглядом осмотрел худощавого и хмурого Витю, затем внимательно прошелся по более низкому и взволнованному Денису. Протянул обоим руку. Витя пожал как–то опасливо, Денис наоборот с гордостью – он как взрослый. Витю удивил цвет кожи – почти что бледный, хотя тут же солнце, воздух. Вампир он, что ли.
