Повернув вновь мобильный, посмотрев на его чёрный корпус, Саймон решил, что звонить не будет. Пусть Крейг развлекается там с Дамани, оставив близняшке семейное спокойствие. Да, эти люди любили не его, но частичку их чувств можно было урвать себе, хотя бы оттого, что брат сам это позволил. Он, наверняка, догадывался о последствиях, лепя из брата собственную копию. Только вот одного они не учли, когда три месяца готовили младшего на роль близнеца, – что Саймон может влюбиться в Райана.
№4
Эта мысль испугала больше, чем вероятность побоев. Саймон ходил сам не свой, думая о положении вещей. Ситуация была паршивой. Он живёт в чужой семье, притворяется другим человеком, его жизнь ему не принадлежит, и, в довесок, он влюбился в чужого мужа. Омега хлопнул себя по лицу. Не то слово, паршиво. Но хуже всего было то, что он обманывает Райана. И ведь не подойдёшь, не скажешь: «Райан, знаешь, я не Крейг, я его брат-близнец, а эта скотина лживая уебала в Европу с любовником, но ты не расстраивайся, у тебя же теперь есть я». Будь Саймон наглее и менее честным, ему было бы всё равно, главное – наслаждаться моментом. Но он из другого теста. Временами становилось так тоскливо, что хотелось сброситься с балкона. А уже через пару часов он с благоговением наблюдал, как альфа играет с сыном, уговаривая себя, что он на своём месте. И эта двоякость его разрывала. В итоге, к концу его месяца в роли Крейга, он решил, что всё должно идти своим чередом. Близнец теперь казался сволочью, каких поискать, но подарившей исключительный шанс брату. Уже за это стоило благодарить. Но... Саймона не отпускала мысль, что Крейг нарочно разыграл свои истерики, специально заставив его поверить в тиранию мужа. А по факту, ни разу Райан не ударил омегу, ни разу не сказал даже грубого слова. По идее, раз он такая сука, то за тридцать-то дней должен был выйти из себя хоть раз. Но его ноздри не раздувались, и голос не повышался. Саймон отшил Райана пять раз, отказав не только в сексе, но и в банальной взаимной мастурбации. И тот даже бровью не повёл, покладисто соглашался и лишь мягко целовал на ночь.
Саймон упал лбом в стол, сдаваясь. Мысли временами душили. Гадко было от обмана, который близняшка только сейчас осознал, от манипуляции и игры на нервах. Можно было сколько угодно обижаться на Крейга, обвинять и обкладывать матом, но суть не изменится от этого. Брат за тысячи миль, а он тут. И его мучает груз вины. Да, эта авантюра на совести близнеца, это он его вынудил, но Саймон тоже виноват. От этого было ужасно. Он врёт Райану. Каждый день врёт, смотря в синие глаза. Почти каждое его слово – ложь. Надеяться на то, что после признания альфа простит его и прижмёт к груди, было глупо. И возможность его гнева пугала. Саймон не хотел, чтобы Райан его отталкивал. Поэтому лучше было смириться и оставить всё, как есть.
Уже дважды омега в одиночестве выходил на озеро, с наслаждением заводя Мари, слушая механическое урчание двигателей. Это было единственной отдушиной, когда Саймон мог забыться, не обмозговывая обман и не испытывая муки совести. Перед ним была лишь водная гладь, солнце и свобода. Можно было уплыть к чёрту. Взять Мари, направить её к океану и там где-нибудь скрыться. Энергии яхте должно было хватить на дней пять, за это время можно добраться до какого-нибудь острова. Но решимость сразу испарялась, как только юноша видел альфу. Либо засматривался на рыжие волосы, которые задорно поблёскивали на солнце, или взгляд задерживался на глазах, и сразу на ум приходил вопрос: «Насколько глубока эта синева?». Часто Саймон просто падал в мечты, увязнув в фантазиях, воображая, что Крейг никогда не вернётся, никогда не попросит о разводе и никогда не встрянет между близнецом и семьёй.
Конечно же, подобная наивность была глупой прихотью, но верить хотелось.
Эрик теперь часто вылавливал Саймона и просил сыграть с ним в теннис или погулять у озера, или побыть рядом, пока они с няней занимаются. И омеге было в радость находиться рядом с ребёнком. Его игнор так же резко испарился, как и появился. Он стал более улыбчивым, что ли. И именно Эрик подтолкнул Саймона к действиям. Золотая клетка хоть и была прекрасной с разных сторон, но находиться в особняке постоянно не хотелось. Мальчик в один прекрасный день сказал, что хотел бы покататься на симуляторе. Это не просто путешествие в болтающейся камере, а ещё и изучающая программа. Динозавры, планеты, экология, история... Можно было отправиться в виртуальное путешествие, и Райан обещал туда свозить сына, но времени было мало. Саймон набрался решимости и предложил Эрику поехать вместе.
- Правда? – глаза мальчика заискрились. – Ты не шутишь?
- Правда. Хочешь, давай хоть сейчас.
Эрик подпрыгнул, обнял юношу и убежал собираться. Клара стояла, как столб, не зная, что ей делать. Саймон перед выходом предупредил Лу, что они с Эриком едут в город. Дворецкий лишь вежливо кивнул, но было видно, что мужчина чуть ошарашен.
