— Нет, давай лучше выпьем — не согласился собеседник — Наливай…
Выпили по второй. Прокурор долго и безуспешно пытался выудить вилкой шпротину из консервной банки.
— Давай я тебя домой отвезу — предложил Игошин — Завтра лучше продолжим на природе где-нибудь…
— Ты не паникуй — Стропилин, сняв галстук, расстегнул ворот рубашки — Настаиграло всё. Каждый день одно и тоже…Устал я…
— Что-то рано устал, салага ещё — пошутил начальник РОВД.
— Давай…ещё по одной и зак-круглямся — мало что уже понимая и с трудом выговария слова, согласился прокурор района.
— Поехали домой, Игорь Петрович, хватит на сегодня…
Неожиданно Стропилин бабьим высоким голоском протяжно запел:
Ещё более неожиданно Стропилин оборвал песню, резво обнял сидящего рядом начальника милиции за шею и впился ему поцелуем в губы. При этом, язык прокурора упорно пытался пробиться дальше, сквозь стиснутые зубы, а кисть второй руки прижала Игошину паховую область.
Растерявшись в первое мгновение, Станислав Викторович резко вскочил со стула и оттолкнул Стропилина, вообще уже ничего не соображавшего. В памяти встала ухмыляющаяся физиономия начальника штаба Октябрьского РОВД в перерыве одного из областных совещаний — Как там у вас Игорёша Петровна поживает? — Тогда Игошин не придал этому значения и чуть не поплатился за свою беспечность.
— Ты что, совсем обалдел! — усиленно отплёвывался и вытирал губы носовым платком начальник милиции — Совсем крыша съехала!
— Ты, мент, не ори! — не остался в долгу прокурор. Хотел ещё что-то сказать, но обмяк и сразу засопел с похрапыванием, развалившись в кресле.
Игошин вышел из кабинета и сразу уехал домой, залечивать душевную травму.
Ещё один рабочий день прошёл…
С выше поведанных событий прошло почти пятнадцать лет. Судьба героев повести сложилась по-разному.
Участковый Игнатьев выжил, но остался на инвалидности. Занялся торговлей ширпотребом. Крупным бизнесменом не стал, но и не потерялся.
Следователи Крассовский и Глебов, оперативники Самохвалов и Рабочий работать за нищенскую зарплату не захотели и вскоре из милиции поувольнялись. В том же году Андрей Павлович Крассовский погибнет на пешеходном переходе по вине пьяного водителя. У Олежки Глебова судьба сложилась. Работает крутым (но не бандитским) адвокатом. Жена — умница и красавица, две дочки.
Самохвалов («горбатого только могила исправит») свои любовные похождения продолжил. Через два года жена подала на развод, а ещё в течение буквально трёх лет он спился и опустился до неузнаваемости. Кодировался и уехал вахтой на заработки в тайгу, где и сгинул. «Господин Рабочий» давным давно трудится начальником службы безопасности в одном из банков. Всё хорошо.
«Старики» Филиппов и Прошкин, не выдержав «бардака в стране», в течение полугода один за другим ушли на пенсию. Николай Иванович в 2008 году умер от сердечного приступа. Анатолий Сергеевич, слава Богу, жив и здоров. Работает юрисконсультом на предприятии. Радуется внукам.
Прокурор Стропилин дослужился до заместителя в области, но три или четыре года назад погиб от рук ревнивого любовника.
Вадима Батманова в 2002 году повысили до зам. начальника РОВД по оперативной работе. Но буквально через полгода он не захотел отмазать губернаторского родственника и был вынужден уволиться. Как сейчас говорит, «не было бы счастья, да несчастье помогло». Если верить на слово, сейчас всем доволен. Стал производственником, трудится сменным мастером цеха.
Станислав Викторович Игошин ушёл на пенсию с высокой должности заместителя начальника областного УВД в звании полковника нынешней полиции. Преподаёт сейчас право в педагогическом институте. Всё сложилось…
Остальные герои повествования как-то выпали, в основном, из поля зрения автора. Но суть не в этом, а в том, что большинство работников милиции (во всяком случае — на периферии) в те подленькие времена не прогнулись и не стали сотрудничать с бандитами разных мастей и толка. Снимите шляпу, уважаемый читатель, перед этими людьми!