Глядя на разгул начинающего колдуна-оружейника, владыка арсенала, нервно подкрутив усы, передал мне бесхозное «Копье защитника веры». Ему не терпелось проапгрейдить свою «лялечку», но сообща решили: сначала набью руку. «Чтобы не пришлось бить морду!» — добавил одноногий стендапер, присаживаясь рядом. Попутно выспросил, смогу ли я впоследствии улучшить его именное оружие снова, достигнув более высокого уровня развития навыков и таланта? Каков предел модернизации и как далеки мои возможности? Чем укрепил реноме человека предусмотрительного, ведь это он посоветовал коменданту выдать мне для экспериментов ничейное артефактное оружие. Для меня ответ был вполне очевиден, конечно, смогу. Но количество попыток не бесконечно, поэтому улучшение своей рогатины откладывал на потом.
Чтобы приблизить долгожданный момент, требовался прорыв. Обвешался изделиями со всеми подходящими бонусами: диадему подмастерья, наруч адепта, браслет кузнеца и улучшенный кулон концентрации. Работать пришлось с самодельным фокусным камнем, недавняя покупка ему немного уступала. Чуть не лопнул натуги, никогда ранее не пользовался таким количеством магических бонусов одновременно! Песка Баталер на эксперимент не пожалел. И вроде бы те же семь активаций, только сами чары мощнее на шестнадцать процентов прежнего уровня!
— Зашибись! Умеешь, могешь! Борис!
Благодарность получилась своеобразной — занялись вторым делом из тех, что на миллион денег. Оставив в арсенале вместо себя одного из помощников, Баталер увел меня в башню. Искандер в зале совета заканчивал выслушивать доклады Лилии и Матвея. Обсуждалась скучная хозяйственная сторона жизни общины. Запасы, поставки, ход работ. Удивительно, что наш глава вникает в рутину.
Мария полила нам на руки водой с лепестками цветов и когда мы присели на стол, налила черного чаю в фарфор. Поставила мисочки с курагой, кусками тростникового сахара и сладкими крендельками. До шоколадных конфет местное человечество еще не развилось, этой пакости хотелось особенно сильно, аж до обильной слюны. Списал все на прибабахи растущего организма и землянские флешбэки.
Помня о странном таланте личной служанки повелителя, на всякий случай старался ни о чем важном не думать. С порога убрал все позитивные эмоции от договоренностей с Булатом и Баталером в дальний чулан сознания. Оставил себе только радость хорошо проделанной работы и моральной победы над давними обидчиками. Небось, похваляются, как напрягли терпилу поработать? Вот бы увидеть их рожи, когда поставлю мощные рубачи на поток!
Принялся взглядом ласкать маринкину фигуру и всякие каверзы из головы вышибло простое примитивное желание.
Искандер скупо поблагодарил подчиненных и отослал их продолжать вести дела от его имени.
— Признайся, Боря, ты ведь думал, что все сможешь взять сам в этой жизни? Без моего участия.
Не успел переключится в режим двуличного змея, поэтому ляпнул первое, что пришло на ум.
— Да я и сейчас так думаю.
Новый глаз Петровича задергался в нервном тике. Вовремя придержал мысль, где я видел и на чем вращал наше одаренное руководство. А потом осознал, что попался. Он почти слово в слово озвучил мою мысль, промелькнувшую в этом зале после командировки. А Марина вернула мне мои пошлые хотелки в самый неподходящий момент.
— Вот же охеревшая рожа! — подскочил Искандер, улыбаясь и зачем-то разминая кулаки, — Ну-ка, пойдем, я тебя удивлю! Я тебя щас так удивлю, вконец охеерешь! Чтобы обратно выхереть, одной Марины маловато будет!
Да как же утомили все эти манипуляции сознанием и праведное возмущение начальника, поймавшего сотрудника за просмотром порно в рабочий полдень. Хотя кто из нас тут больше мается суходрочкой еще вопрос. Надо было сбежать от них на волю в пампасы, когда они все расслабились. Отжал бы себе башенку на периферии и жил бы не тужил. Теперь будут гонять с поручениями, как мальчонку. Отставить слюни!
В алтарном зале в позе для медитации молился высокий человек, похожий на норвежского шкипера в возрасте, зачем-то наряженного монахом. Одеяние сплошным узором покрывали религиозные символы. Седая и морщинистая физиономия, стариковские пальцы, пигментные пятна на когда-то крепких руках. Впервые увидел настолько старого землянина. Все мы попадали сюда разного возраста, но этот, выходит, прожил здесь лет тридцать? И прожил интенсивно, о чем говорили шрамы и некая стесненность в движениях. Пожалуй, он поход на битого жизнью вояку, ушедшего в монастырь. Средоточия пожилой мужчина не скрывал, и я ненадолго залип, пока глубокий голос с необычным акцентом не поинтересовался:
— Приперлись, безбожники!
У подножия триолита горел ароматический светильник. Сквозь благовония пробивался запах немытого тела и перегара. Скандинавский пенсионер поднялся на ноги, ловко захватив с пола полупустую бутылку фруктовой бормотухи. Мы такую пили в храме с Артуром и компанией.
— Знакомьтесь, Борис, это — Ларсен, — представил мне монаха Искандер, — Гранд мастер башни, Великий архитектор, обладатель многих даров Тысячеликого, легендарный герой и создатель Причуды.
