Но оно случилось вновь. Под зубчатым парапетом колокольни — мерцавшая, пульсировавшая штука, чье ритмичное биенье крыльев передразнивало стук у него в груди. Теперь Винсент разглядел ее отчетливее. Круглое коренастое тело с руками, как у летучей мыши, гротескное лицо. Пока Винсент смотрел на него, рот у существа задвигался.
— Да-да, полуживчик, я с тобой разговариваю.
Винсент отпрянул в ужасе. Потерял равновесие, споткнулся и тяжко упал навзничь. По позвоночнику ринулась молния, воздух из легких выскочил. Винсент открыл рот — закричать, но не вышло ни единого звука.
— Мне нужно лишь то, что мне принадлежит по праву.
Существо распахнуло крылья, сигануло с каменного насеста и эдаким зловредным херувимом порхнуло к Винсенту. Винсент принялся отчаянно озираться. Улица пустовала. Уму непостижимо. Он, должно быть, спит. Наверняка скоро проснется.
Существо неуклюже приземлилось рядом, спотыкаясь на раздвоенных копытах и громко матерясь на языке, которого Винсент не знал. На миг оно уставилось на лежавшего, а затем улыбнулось:
— Все эта дурацкая оболочка, — пропищало оно. — Но что-то ж надо выбрать, ну? Такие правила: по одному за раз и живцом не прикидываемся. Все изменится, когда мост достроят. — Улыбка расширилась и обнажила десятки крошечных бритвенно-острых зубов. — Я вот о чем: не надо думать, что я на тебя сержусь… Пока во всяком случае.
Хоть это понимание ничего хорошего ему не сулило — и совершенно точно стало последним в его жизни, — Винсент наконец осознал, что за тварь перед ним. Это ни пьяная галлюцинация, ни религиозное видение: он таких видел прежде много раз, пусть никогда и не в таком обличье. В твари было около метра росту, короткое толстое тело, толстые ноги и кургузые руки. Ладони и стопы оканчивались желтыми когтями. Голова безволосая и круглая, с искристыми синими глазами, уши заостренные, широкий рот. Кожа рябая, цвета крови и испражнений, запах такой же. Однако, что самое примечательное, это существо было живое… Все горгульи, каких Винсенту доводилось видеть прежде, были из камня.
— Чего тебе надо? — выдохнул он.
— Оно заговорило наконец! — Горгулья опять заулыбалась, тонкая вожжа зеленоватой слюны свесилась из уголка рта. — Я уж подумал, что обнаружил очередное чучело. «Аб, — грю я себе, — опять не тот попался». Ну, знаки-то не всегда такие отчетливые, как хочется, а? — Существо подмигнуло. Винсент почувствовал, как подымается в глотке омерзение. — Не важно. Раз уж ты заговорил, у нас точно что-нибудь получится… Давай-ка начнем сначала: оно у тебя при себе или как?
— Я не понимаю, о чем ты…
