Подноготная любви полностью

П.: А ведь уже во много раз меньше собираешь. А Зоя… Зоя — это уникальное по силе явление. Если бы она не здесь, в захолустье, жила, она бы уж точно была бы что-то вроде величайшего целителя, основателя партии или секты. А здесь все её знают — на ней клеймо неудачницы: смерть мужей и жениха. Чтобы выдвинуться, ей надо на «гастроли» ехать. Но приказа ей никто на это не даёт… А без него она не может… Я уверен, что мы и от неё отработаем защиту. Со временем.

В.: Хотелось бы.

П.: Освободимся от влияний — и представляешь, как интересно будет жить? Можно будет улавливать в жизни даже тончайшее эхо сокрытых причин!

В.: Диск с очень острыми косыми зубьями. Как от электрической пилы.

П.: От кого это?

В.: Две цыганки мимо проходили. Сказали что-то. Я даже и не расслышала что. Одна была совершенно пьяная.

П.: Так этот диск от циркулярной пилы от неё или от другой?

В.: Не знаю. Не могу различить.

П.: Вот как? А где он? Внутри тебя или снаружи?

В.: Снаружи.

П.: А как далеко?

В.: Метра четыре.

П.: Ого, как далеко!..

В.: Поэтому сил — не отнимает, но и различить от кого — не могу.

П.: А скажи, если бы эта встреча произошла не сейчас, а, скажем, года за полтора до нашей с тобой встречи, этот диск где был бы?

В.: Во мне. В солнечном сплетении.

П.: А теперь меня интересует только твоё ощущение: почему сейчас ты оказалась защищена?

В.: Изменилось мировоззрение…

(Место действия — опять Москва. Спустя два года после знакомства.)

… П.: Подробней: в чём?

В.: Изменились взаимоотношения с Богом. Другой уровень доверия.

П.: Конкретнее.

В.: Изменение мировоззрения — это же не просто изменение каких-то идей. Это, прежде всего, изменение взаимоотношений с Богом… Но и идеи тоже.

П.: А скажи, изменение твоего состояния — встреча с половинкой, некая в связи с этим уравновешенность, да и остальное…

В.: Не продолжай. Я поняла. Это тоже повлияло.

П.: А как бы ты распределила — только по ощущению! — удельный вес повлиявших на тебя факторов: изменение взаимоотношений с Богом, изменение твоего положения, идеи в области психологии, или четвёртое — сумма неназванных иных факторов. Итак?

В.: Ещё раз, пожалуйста.

П.: Изменение взаимоотношений с Богом, изменение твоего положения (есть с кем поговорить, поцеловаться, в конце концов), идеи в области психологии, или сумма неназванных иных факторов.

В.: Изменение взаимоотношений с Богом — пятьдесят, моего — сорок пять, идеи — четыре, а остальные — один процент. Даже, пожалуй, меньше одного процента.

П.: …

В.: Что ты молчишь? Ты на что-то обиделся?

П.: Нет, но…

В.: Что?

П.: Получается, что я как бы напрасно работаю над книгой… Если идеи, которые суть слова… Ведь сколько уже работаю…

В.: А вот как раз-то книга твоя очень и помогла. Ведь там очень мало идей, которые сами по себе. Ведь даже когда ты пишешь про психологию, это всё равно разворачивает к Богу. Есть, конечно, там идеи достаточно абстрактные. Поэтому для меня твоя книга — это там, где изменение взаимоотношений с Богом.

П.: А ты могла бы опять в процентах дать соотношение объёма текста, который обращает к Богу, и просто абстрактной психологии или ещё чего?

В.: Могу. Девяносто и десять. Девяносто — это к Богу…

П.: Успокойся… Так. Расслабься. Всё хорошо. В конце концов, из любой ситуации можно извлечь положительный урок.

В.: Что может быть положительного в скандале с матерью?

П.: В скандале как таковом, может быть, и ничего. Но её агрессия, пена у рта, может актуализировать те стрессы, до которых мы прежде не добрались. А если они теперь актуализировались — значит, можем избавиться. А если избавимся — то это и есть выигрыш в этой ситуации. Так что — успокойся. Расслабься… Что ты видишь?

В.: …Ничего.

П.: Посмотри повнимательней: что в тебе актуализировалось в связи с нападением твоей матери? Что и где?

В.: Ничего не вижу.

П.: Смотри внимательно: далеко-далеко, почти у самого горизонта, есть точка. Та самая. Ты её видишь?

В.: Вижу.

П.: Она приближается. Она всё ближе и ближе. Её всё легче становится различить. Что это?

В.: Шестерёнка.

П.: Какая шестерёнка?

В.: Обыкновенная шестерёнка. Как на нашем заводе в станках. Железная. С зубчиками.

П.: Много их? Зубчиков?

В.: Много. И все очень острые-острые.

П.: А в какой она у тебя части тела?

В.: В солнечном сплетении… А знаешь, что это — солнечное сплетение?

П.: Что?

В.: Это центр всего человека. Очень важное место.

П.: Так… Эта шестерня отнимает у тебя силы?

В.: Да.

П.: Сколько?

В.: Много. Почти все.

П.: А в процентах?

В.: Больше восьмидесяти.

П.: Не думая — от мужчины или от женщины?

В.: От женщины. Это от матери.

П.: Как давно в тебе эта шестерня?

В.: Давно. Очень давно.

П.: А как давно?

В.: Может быть, я ещё и не родилась.

П.: Так. Девятый месяц беременности тобой — это минус один. Восьмой — минус два. И так далее. Первая цифра, которая тебе приходит в голову, — когда появилась шестерня?

В.: Минус один.