Подноготная любви полностью

Ольга: Это точно. Она меня очень любит. Хорошая девочка. Хотя иногда поступает… Мать тогда предала, когда с бабулькой скандал был. Разве так можно поступать? Гнусно поступила девка, как ни посмотри — гнусно. Словом, не девка, а дрянь.

П.: Скажи мне…

Ольга: А зачем тебе всё это знать? Непонятно. Зачем?

П.: (Сказать ей правду или нет? Зачем?) Я пишу книгу, несу ответственность за содержание — вот и проверяю.

Ольга: А что ты о других пишешь? Пиши о своём. Ты же там много путешествовал, столько видел…

П.: А я и пишу о своём. Просто это несколько соприкасается. А вот подсвечник…

Ольга: Оставь ты его в покое!! Свеча в нём была — мы её дожгли. А остальное… Да и вообще, мне кажется, что душа у меня чёрная-чёрная, и тот луч света — ему тьму не разогнать!

П.: Но ведь освещает?

Ольга: И что? Светит с одной стороны. Так это ж не моё. А душа, какая была, такая и остаётся. Хватит обо мне! Ты лучше скажи: почему ты с ней не зарегистрируешься?

П.: Да она сама не хочет.

Ольга: При её чувствительности это значит, что не хочешь ты. Почему?

П.: Да я не против… я к ней, собственно, как к жене и отношусь. И регистрироваться — всегда пожалуйста. Так что… Ты знаешь, что у нас с ней в последнее время происходит?

Ольга: Что?

П.: Она всё меньше отзывается на логический контакт. Летом она впервые, после звонка к матери, по большому счёту, отказалась, а теперь помаленьку отказывается ещё. По чуть-чуть. Скажем, заявит, что я словами играю — и всё. Отказ от конструктивного общения. Так я, естественно, начинаю бояться, что в один прекрасный момент она откажется раз и навсегда — и что? Всю жизнь потом ей в дурдом передачи носить? (Больно… Курортная любовь — как ни крути. На курорте все — приезжие. Так что, все туда только за одним и ездят. Там все друг для друга приезжие — верх любовного совершенства. Холуйская любовь для той и другой стороны… Сколько женщин весь год деньги откладывают, копят, отказывают себе во всём, чтобы только съездить на курорт, да подальше… Только разница с Галей в том, что те хотят того, за чем едут. И настрой соответственный: 24 дня — и кончилась путёвка… Наплакались, навизжались, нанапивались, настрадались — и до следующего раза. Они-то знают — и в своём праве. А Галя… Сколько раз она мне говорила, что боится приезжих? Сто раз? Двести? Курорты ей отвратительны, ни разу и не ездила — защищалась… Чьё ж подсознание не знает своих проблем?.. И всё равно обманули. Чуть не в дом вломились — начиная с той женщины на работе…) Но даже если и не дурдом. Ты знаешь, она мне же просто бывает элементарно неверна. Два эпизода были очень яркие. Первый — в больнице лежала, там попала под влияние одной женщины. Пять соседок — выбрала из них единственную приезжую, из другого города. Так абсолютная верность ей, а мне — не подходи. А потом поехали летом на юг — там Костик.

Ольга: Какой?

П.: Неважно. То есть, тут получается, что ей даже не важна половая принадлежность — с кем. Вернее, кому принадлежать: мужчине ли, женщине ли или немужчине. Главное — приезжий. И это всё из-за каких-то её отступлений от истины, прорывающих структуру логической защиты. А какие, по-твоему, я должен испытывать чувства, видя, как она отказывается от себя как от личности?

Ольга: Что-то ты непонятное говоришь.

П.: Говорю, что, по статистике, французы страстно влюбляются три раза за жизнь, а француженки — четыре…

Ольга: Да, такая жизнь. Все через это проходят.