«Я знаю, что это ты, и я не прекращу говорить об этом всем остальным. Скоро о тебе узнает все Средиземье. Я знаю, что ты вернулся в Дол Гулдур, и не сомневайся, что к тебе еще придут. И тебе сильно повезет, если меня среди них не будет. Ты затронул мое королевство. Ты отобрал мои земли. Ты отобрал наследство моего сына. Я предлагаю тебе убраться или затаиться так тихо, чтобы твое присутствие стало менее заметным, чем присутствие мухи. Выбирай! Если ты не сделаешь этого, я уничтожу Дол Гулдур, прогоню твою омерзительную Девятку и сделаю так, чтобы ты позавидовал Мелькору за Краем Мира».
Лишь отослав письмо, я поняла, что следовало писать не я, а мы, да и все написанное выглядит истерично и по-детски.
- Вернись! – крикнула я, но ворон был уже далеко. Я грязно выругалась. Не стоило поддаваться злости и отвечать Саурону! Мало ли, что теперь придет в его темные мысли. Впрочем, в будущем я воплотила в жизнь одну из своих угроз.
Ответ не замедлил долго себя ждать.
«Как скажешь, дорогая, - было написано в нем. – Мы обязательно еще увидимся. Жди».
И это была последняя записка. С тех пор очень долгое время, если кто из Мудрых и бывал в Дол Гулдуре, то находил его пустым и заброшенным. Саурон затаился очень хорошо. Впрочем, я чувствовала, что это был всего лишь подвох.
«Мы и так потеряли слишком многое, - думала я, делая тайник в стене своего кабинета, – Я должна была подумать об этом раньше. Почему, почему я не сделала этого раньше? Теперь это займет долгие годы».
Хорошо, что время у меня как раз было. Саурон в тот раз затаился очень надолго.
Я была королевой. Я должна была сделать для своего государства все, что могу, чего бы это ни стоило. Об этом я думала, укладывая в тайник первые записи, столь темные и древние, что никто не должен был их найти. Очевидной опасности пока нет, но это не значит, что она вскоре не возникнет.
Пора было вспомнить уроки моего самого злобного, но и самого лучшего из наставников.
========== 3.4. Первая попытка ==========
С тех пор я снова стала заниматься магией. За долгое время в Ангбанде Мелькор научил меня множеству заклятий, и мало какие из них можно было назвать безобидными. Чем злобнее и неувереннее становился Темный Вала, тем страшнее были его уроки. Конечно, Саурон тоже умел все это и даже намного больше. Но могло ли ему в голову прийти то, что я когда-нибудь решусь воспользоваться такими знаниями? Я сама не хотела этого, но понимала, что, если придет необходимость, другого выхода не будет. Тут же приходило и чувство вины. Я должна была заняться этим раньше. Кто знает, чем бы закончилась война в Эрегионе, если бы я отважилась воспользоваться магией Мелькора? Я знала также, что это может быть опасно. Мелькор – сильнейший Вала, Саурон – величайший Майа, а я всего лишь довольно сильная Эльдиэ. Если какое-нибудь мощное колдовство у меня и получится, то оно может лишить меня магии очень надолго, если не навсегда. Поэтому я решила отложить сильнейшие заклятия Мелькора до крайнего случая, а при не самой страшной угрозе использовать то, что успешно употребляла раньше (многому из этого меня научил все тот же Темный Вала). Да и глубины, в которые я начала погружаться, меня пугали так, как они не пугали в Ангбанде. Тогда я не могла себе представить, что буду использовать что-то ужасное в реальном бою (хотя заставить меня было легко), да и рядом с Мелькором я не боялась, что нечаянно сотру с лица Арды часть Ангбанда. Теперь же мне было страшно принести вред лесу. В конце концов, я перестала копать глубже, искать самые темные и древние знания и, в общем-то, недалеко ушла от прежнего уровня.
К началу третьего тысячелетия Эпохи власть Дол Гулдура снова возросла. Тьма опустилась на Лихолесье, и в этот раз все больше голосов Мудрых склонилось к тому, что Некромант - это Саурон, в чем я так долго пыталась всех убедить. Только Курунир по-прежнему высмеивал мою точку зрения:
- Королева Сильмариэн упорно настаивает на том, что в Дол Гулдуре поселился сам Майа Саурон, - издевательски тянул он. – Но откуда ей об этом знать? Узнает ли королева его приметы? Или она видела его сама? И насколько он теперь прекрасен? Или может быть вы, Ваше Величество, видите лишь то, что сами хотите, и возлагаете свои напрасные надежды на какого-то Назгула? Какое разочарование, должно быть!
Я сочла за лучшее промолчать, но возблагодарила Эру за то, что на встрече не было Трандуила. За такие слова он бы не постеснялся наброситься на Курунира. Любое упоминание Саурона, о чем бы ни шла речь, о прошлом, настоящем или будущем, выводило мужа из себя. Да и Леголасу я ничего еще не рассказывала про прежнюю жизнь, а пора бы…
- Вы забываетесь, - раздраженно сказала тогда Галадриэль. – Сильмариэн пережила достаточно, чтобы не оправдываться сегодня перед нами. Где ваша Майарская мудрость, господин Курунир? - хорошо, что Галадриэль тоже не переваривала Белого мага, но была близка с Митрандиром.
Я вздрогнула от того, как Курунир пристально уставился на меня жуткими черными глазами.
