— Ты обо мне низкого мнения, так грубо я не действую! Я сказал что-то, и у тебя испортился характер? — Мелькор расхохотался. — Нет, милая Сильмариэн, ты злилась просто потому, что твоя жизнь изменилась в тот день, да и темперамент у тебя отцовский. Я тогда всего лишь дал пару инструкций Гортхауру, ждать пока ты уйдешь, я не мог. Да, ты все также наивна, как в старом добром Валиноре. Думаю, нас в будущем ожидает немало интересных бесед!
Я вспомнила, как перепугалась, когда подумала, что Мелькор исказил меня. Действительно, глупая мысль, даже Мелиан мне это говорила. Да и самой мне в голову приходил правильный ответ. Я допила вино и попросила разрешения идти к себе.
— Конечно, иди, — благодушно махнул рукой Мелькор.
Сразу за мной вышел и Гортхаур. Мы встали у окна, в которое светила почти полная луна.
— Мелькор, похоже, доволен, что я здесь.
— Мелькор доволен тому, что я доволен. И тому, что ему будет с кем поговорить. Я очень рад, что ты здесь, — улыбнулся Гортхаур.
— Я не знаю, могу ли я быть с тобой, даже если я здесь, ты понимаешь? Ты обидел меня в прошлый раз, бросил, когда началось все самое страшное! А после того, что со мной случилось недавно, я и вовсе не знаю, смогу ли я пережить, если кто-то дотронется до меня снова, — я разрыдалась. Майрон попытался обнять меня, но я отпрянула, сама не понимая почему.
— Вот видишь, — горько добавила я.
— Это пройдет, — ласково сказал он, легко дотронувшись до моей руки, и в этот раз я не отшатнулась. — Я провожу тебя в твои покои.
Майрон повел меня за руку через весь замок, а я думала о том, что у меня есть на данный момент. Впервые после Исхода моя жизнь изменилась кардинально. Я застряла в Ангбанде, став почетной пленницей. Я не увижу тех, кто мне дорог. После того, что сделал со мной Келегорм, после… изнасилования (я впервые отважилась произнести это слово, пусть даже и про себя), смогу ли я вернуть себе покой?
— Тебе нужно принять, что это было, прошло и никогда не повторится. Теперь ты в безопасности, — сказал Майрон, словно читая мои мысли.
Я не ответила, и задумалась о другом, о том, что здесь делают с моими сородичами и людьми. Мелькор сказал, что мне самой не придется с этим сталкиваться, но смогу ли я не думать постоянно о том, что происходит в подвалах и пыточных камерах крепости? О том, что делает Гортхаур, когда уходит к пленникам? И все же я знала, что люблю его, несмотря на все, что было между нами ранее, несмотря ни на что. Он был у меня, и легкая радость робко закралась в душу.
— Ты все равно бы от него ушла, — неужели он действительно научился читать мысли?
Я снова промолчала. Радость прошла так же быстро, как и появилась. Груз всего этого был слишком тяжел, и когда Майрон ушел, доведя меня до покоев, я, чтобы расслабиться и скорее снова погрузиться в сон, налила себе бокальчик вина.
— И они тебя боятся? — спросила я, хмуро глядя со смотрового балкона на легион орков, шагающих по плацу.
— Боятся, — подтвердил Гортхаур, почти невесомо придерживая меня за плечи, на которых лежала легкая накидка. — Меня боятся даже балроги.
— Огромные огненные твари боятся тебя? — удивилась я и расплылась в улыбке. — И ты, и Мелькор не выглядите такими ужасными, как вас представляют Нолдор!
— Необязательно быть монстром снаружи, чтобы внушать ужас и поклонение, — ответил Майрон. — Мелькора все будут бояться безотносительно его внешнего облика. Мне же пришлось доказать балрогам свою силу, сначала я действительно не внушал им никакого уважения. Но во внешне хрупкой оболочке я все же сильнее их всех: и орков, и троллей, и даже балрогов. Еще я могу привлекать к себе эльфов и людей, как не смог, если бы был чудовищем. Скажи, ты бы поцеловала меня, если бы я был гигантом из железа?
Я рассмеялась впервые за долгое время.
— Еще чего!
Сегодня я должна была бы выйти замуж, и меня преследовало неприятное чувство. Я могла бы быть в вечно зеленом и теплом Дориате, а вместо этого сидела в Ангбанде, в котором было слишком холодно для начала осени. Страшно представить, что будет здесь зимой. Но жалела ли я, что с Трандуилом все кончено? Совсем нет. А ведь я даже не смогла с ним попрощаться. Сказала когда-то, что вернусь, села на коня и поехала в Нарготронд. А попала в Ангбанд.
— Ты так много времени проводишь с войсками, вы готовитесь к битве? — как бы хотелось, чтобы хотя бы эта моя тревога осталась беспочвенной!
— Посмотрим, — я поняла, что Гортхаур не хочет обсуждать это со мной.
Как ни странно, я начала привыкать к жизни в крепости Мелькора. Я почти смирилась со своим нынешним положением, да и что мне оставалось делать? Мне больше не требовалось вино на ночь, чтоб уснуть, а объятия Майрона, правда, совсем ненавязчивые, были приятны почти так же, как и раньше.
