Она метнула на него одну из своих острых усмешек, которые, когда были обращены к тебе, всегда вызывали желание ущипнуть ее.
- В конце концов, Билл здесь живет, это его дом.
- Ладно, мы уже все выяснили, я здесь не для того, чтобы доказывать ему то, что и так известно. Я уже сказал тебе, как обстоит дело, он отрицает это, просто отрицает, как упрямый осел, но здесь все совершенно ясно. Говорю тебе, он предатель и жулик и должен выйти из дела. Так что зачем еще толочь воду в ступе?
- Господи, какой ты у нас положительный и нравственный, - сказала Эрма.
- Как же, нравственный. Я его не упрекаю. Думаю, он просто ненормальный, иначе он заработал бы на этом миллионы. Я сказал, что не хотел этому верить, и не верил, пока это не стало слишком очевидно. Однако я пришел сюда не спорить на эту тему, а сказать тебе, что нужно делать. Мы могли бы с этим покончить на вчерашнем собрании, все были готовы к этому, но я решил, что будет приличнее сначала рассказать все тебе.
- Спасибо.
Эрма налила тебе чашку чаю и расколола кусочек сахара на две части, чтобы положить тебе полтора кусочка. Ты взял чай и, усевшись, испытал какое-то отстраненное восхищение нападками Дика. Приняв решение, он нанес удар с характерной для него энергией. Ты уже ничего не боялся; пусть все идет к чертям; что касается Джексона, который все это устроил, то он оказался слишком хитрым. Только через месяц ты смог бы накопать на него материал?
- Это очень печально, - сказала Эрма, - но необыкновенно пикантно и интересно. Итак, у Билла в личном сейфе хранится бумага о секретном соглашении по правительственному контракту, и он идет к твоему злейшему врагу и предлагает опубликовать его в газете, чтобы правительство отказалось от контракта, передав кому-то другому. Дик, ты же не можешь этому верить!
- Говорю тебе, доказательства...
- Ах, эти твои доказательства! Однажды кто-нибудь уверит вас, что утонуть полезно для головной боли, и вы все побежите и броситесь в океан. Силы небесные, неужели ты думаешь, что я выйду замуж за предателя?
Конечно, он мог напиться... или попытаться что-нибудь доказать. Правда, Билл? Ты этого добивался? Можешь не отвечать, я вижу это по твоему лицу. Дик, дорогой, в следующий раз, когда тебе захочется устроить трагедию и раскрыть зловещий заговор, подбирай себе более правдоподобного негодяя, а не тычь в бедного Уильяма.
- Я в него не тычу. Ты чертовски умна. - Дик с трудом отстранился. Нет смысла спорить об этом. - Он с бешенством обернулся к тебе: - Ты собираешься подать заявление об отставке и выйти из правления?
- Нет, не собирается, - сказала Эрма.
- Тогда мы его вышвырнем.
- Не вышвырнете.
- Черта с два не вышвырнем. Он уйдет завтра же. А ты попробуй завтра поспорить об этом на правлении, посмотришь, что у тебя выйдет.
- И не собираюсь спорить, мне наплевать на ваше правление. Я ничего в этом не понимаю, но знаю, что мне принадлежит половина капитала компании, и в общих чертах понимаю, что это значит. Билл не собирается подавать прошение об отставке, а вы его не вышвырнете. А если он уйдет, я найду другие интересы в жизни, и посмотрим, умна я или нет.
Дик вскочил на ноги, с яростью глядя на нее, готовый взорваться. Ты зачарованно наблюдал за ним; если он действительно взорвется, Везувий может отдыхать.
- Мне очень жаль, Дик, - холодно сказала Эрма. - Вставлять кольцо тебе в нос не доставит мне удовольствие, а тебе будет очень больно.
Тем временем он был уже у двери и, распахнув ее, заорал на сестру:
- Дура проклятая! - и исчез.
Дверь осталась открытой, ты встал, затворил ее и остановился перед своей женой.
- Самое забавное, - заметил ты, - что вам абсолютно безразлична эта кость, которую вы грызете. Тем не менее я благодарен тебе, действительно благодарен, потому что все это подстроено и я могу это доказать.
- Не Диком?
- Нет, конечно! Этим прохвостом Джексоном. Теперь я его достану.
Ты рассчитывал, что она станет подробно расспрашивать тебя, но ее не интересовали детали. Уколов Дика, она потеряла интерес ко всей этой истории.
