Пока приходил в себя, совершенно случайным образом выяснил, что не один попал под раздачу. Когда мозг пришёл к выводу что организму не угрожает смертельная опасность, и смог воспринимать стороннюю информацию, я понял, что всё это время слышу заполошные крики, матерную ругань и чувствую мерзкий запах.
- Фу! Чем это так несёт, — сморщился я с отвращением.
Нет, чем воняло, я вполне отдавал себе в этом отчёт. Смрад человеческих испражнений сложно перепутать с чем-нибудь другим. Больше интересовал вопрос, откуда в почти стерильном царстве цифровых технологий появилось амбре общественного туалета. Судя по интенсивности, в разгар эпидемии дизентерии.
- Это четвёртый от страха обделался, — хихикнул технарь, а медик злорадно осклабился, — жидко. У них даже аппаратура коротнула. Теперь, как пить дать, отстанут от графика.
Четвёртый — это Бомж. А то, что обосрался, так ничего удивительного здесь нет. Оказавшись в человеческих условиях и дорвавшись до бесплатной еды, он начал жрать, как не в себя. Вот уж удружил, так удружил. Перегоревшие детали-то технический персонал заменит, а как они это всё отмывать будут?
А ещё я догадался, что команды конкурируют друг с другом. Возможно, что их успехи или неудачи выражаются в материальной форме. Иначе сложно объяснить такую реакцию парней. Наблюдение мимолётное, но вполне пригодное для практического применения. Даёт испытуемому почву для манипуляций испытателями. Надо при случае попробовать, чтобы убедиться в правильности выводов.
- Ну, что, я закончил, — возвестил Евгений, — Готов вернуться, Вов?
Если честно, то нет. Не готов. Но и деваться не куда. Поэтому я просто кивнул и откинулся на подголовник...
Системное сообщение, будто специально меня дожидалось и истаяло, едва я снова оказался в игре.
- Держи, — окликнула меня Габриэлла, словно ничего необычного не произошло.
- Что это? — я протянул руку.
- Еда, — охотно пояснила девушка, — При использовании мгновенно восполняет уровень жизни. Если сделать вот так, то будет активироваться автоматически, перед каждым новым боем.
В рюкзаке появилась связка оранжевых корнеплодов, с циферкой десять, обозначающей количество и галочкой автоупотребления в нижнем углу. Очевидно, полезная штука. Особенно, когда предстоит череда боёв. Посмотрим, как это дело работает.
Следующему гургу я сначала отрубил хвост, а сам чуть не захлебнулся от яркого морковного вкуса и переполнившей рот слюны. Едва успел отплеваться, иначе бы снова продул. Монстр пару раз полоснул меня клыками, но потом упустил инициативу. Прикончить его удалось критическим ударом, практически отделив голову от туловища.
Когда принцип боёв стал понятен, дело пошло как по накатанному. Главное, успеть, что-нибудь отсечь, в самом начале. Ухо, хвост, нос — неважно. Важно, чтобы кровоточащая рана ослабляла противника постоянным уроном. А потом долбить топором изо всей силы — так чаще выпадает крит. Сам я, конечно, тоже пропускал, но уже гораздо меньше, чем в первой схватке. Счёт монстрам был давно потерян, гормоны кипели в крови, заставляя забыть о месте и времени. Баллы опыта, монеты, вещи, всё казалось не важным. Организм требовал встряски, наглядно показывая, что такое адреналиновая наркомания. Новая победа и система разродилась очередным сообщением. Не в смысле — следующим по порядку, а в трактовке — доселе невиданным. Если точнее, то не одним, а целыми двумя, не считая уведомления о победе над десятым монстром. Но его я скрыл привычным уже жестом.
Что-то здесь не балуют денежным вознаграждением. Впрочем, цен я пока не знаю и монеты мне ни к чему, а вот щит придётся в самый раз. Круглый, сбитый из досок в палец толщиной, предмет красотой не поражал, но зато увеличивал показатели. Воля, стойкость, интуиция и сила возросли сразу на четыре единицы. Я довольно кивнул и перевёл внимание на следующее сообщение.
Конечно, посмотрю, когда время будет, а пока мне интересно, что в рюкзак с монстров нападало. В запарке драки, немного не до того было, а сейчас глянуть в самый раз. Наверное, в каждом взрослом сидит ребёнок, потому что окно рюкзака я открывал с затаённым ожиданием чуда.
