Что только не свалилось на Кассандру Девлин с момента ее попадания на другую планету: от необходимости мастерить одеяло до борьбы с воспоминаниями о монстрах в компании местных экстрасенсов. Выяснив, что домой ей не вернуться, Касс находит друзей и цель в жизни. Увы, эта цель подразумевает, что теперь она стала крайне ценной, а те самые друзья оказываются стражами, которым поручено управлять способностями Касс и выяснить, как далеко простирается сила Пробного камня. Совсем не о карьере подопытной крысы она мечтала. Лишенная личной жизни, страдающая от слишком частых травм и болезненного осознания, что для своих соратников-сетари она всегда будет лишь заданием, Кассандра грезит о хотя бы подобии нормального существования и контроля. Но теперь, когда ее способности становятся все более и более опасными, возможно, только тесты и тренировки помогут Касс спастись от самой себя.
Дамы и господа, с удовольствием представляю вашему вниманию новый перевод Дружная команда под руководством нашего сегодняшнего именинника Тиныча-gloomy glory переведет роман Андреа К. Хёст "Подопытная"
Редактирует также сам неугомонный зачинщик сего безобразия Тинкин, с Днем варенья, расти большой, не будь лапшой
Всей команде удачи и в добрый путь.
gloomy glory
Переводчик: KattyK, Нюрочек, Peony Rose, Marigold, Lorik, Trinity
Редактор: gloomy glory, Talita
Оформитель: LiLinochka
Первое апреля, День дурака. Очень подходит идиотке, которая отказалась от шанса вернуться домой на Землю, потому что ей приспичило поиграть в героиню. К счастью, пока все мое геройство сводится к «стой, где поставили, и будь готова, что в любой момент тебя куда-нибудь попрут те, чья работа заключается в спасении планеты, галактики или части вселенной, коей предположительно грозит опасность». А еще я согласилась на очередные лабкрысные исследования, надеясь выяснить, что значит «пробный камень».
Вчера очень скучала по дневнику. И даже подумывала перейти на электронную версию, но для этого пришлось бы использовать тарианский алфавит, а сейчас, когда я решила остаться, для меня особенно важна возможность вести записи на английском, чтобы больше никто не мог понять. Новый дневник из плотной бело-коричневой бумаги и с изображением бесконечного колышущегося луга на обложке доставлен с самого Колара.
Начиная с чистого листа – буквально, – я хотела провести эдакий новогодний анализ пережитого за последние месяцы, но в итоге пришла к единственному выводу: я ничего не в силах изменить. Я не могу отказаться от второго уровня мониторинга, по мановению волшебной палочки перестать получать травмы и спасти вселенную или сотворить еще что-нибудь, что совершенно не в моей власти. Но могу хотя бы попытаться:
– усерднее трудиться на тренировках;
– найти способ стать Касс, а не Касзандрой;
– помнить, что даже котята бывают злыми.
Кое-что из этого, вероятно, займет немало времени, но надо же с чего-то начинать.
После встречи с нурийцем я написала Маре, спросила, отправить ли ее платье в стирку, но она предложила занести его ей утром, а потом вместе прогуляться в город. Я обрадовалась, ведь ожидала, что мою охрану усилят, а не ослабят. Конечно, от приглашения попахивало «психологическими аспектами», но я, наверное, совсем свихнусь, если не научусь воспринимать все проще и буду без конца переживать, действительно ли нравлюсь сетари или им просто приказано меня развлекать.
Пора уже признать, что истина где-то посередине, и жить дальше. Это явно поможет мне смириться с решением остаться на Таре.
К тому же мне очень хотелось поглядеть на квартиру Мары. Она оказалась похожа на мою, но более захламленная и обжитая. Мне понравилось, как оформлено публичное пространство: стены напоминают полупрозрачные занавески, колышущиеся, словно под порывами ветерка. Неожиданно для мира, где почти никто не желает иметь окон.
– Лон собирается, – сообщила Мара, когда я передала ей сумку и платье. – Мейз так красочно описывал выражения твоего лица, когда он вручил тебе наряд – я даже пожалела, что сама этого не видела.
– Просто не поняла, что он хочет, чтобы я делала с нуриец, – призналась я.
– Мы достанем тебе одежду без злосчастных рисунков и надписей. Садись.
Мара понесла платье в спальню, а я села, с интересом оглядываясь, когда дверь ванной внезапно распахнулась, и оттуда вышел Лон.
– Мар, я не оставлял…
Он осекся, мы пару секунд попялились друг на друга (хотя по ощущениям прошла целая вечность), а потом он развернулся и скрылся в спальне, оставив меня восхищаться красотой и спортивной формой сетари. У Лона потрясающее тело, а еще с ним весело и легко. Разумеется, они с Марой пара, и я никогда особо не думала о нем как о привлекательном мужчине, но теперь просто не могла удержаться.
Через минуту Мара и сильно покрасневший – и на сей раз одетый – Лон вышли из комнаты.
– Прости, – извинился он.
– Теперь ты не дразнить меня насчет платья, – сказала я, пытаясь не рассмеяться и не показать, что размышляю о привлекательных мужчинах.
Осознав, что я не стану вести себя как двенадцатилетка, увидевшая классного голого парня, Мара улыбнулась:
– Подозреваю, он все равно не сможет устоять. Все утро придумывал для тебя глупые вопросы.
– Значит, будет очень разочарован.
Но я знала, что Лон в любом случае задаст свои вопросы. Я не возражаю против его поддразниваний, они совсем не злые.
– А нам можно в город? Боялась, что опять запрут.