Чувствуя абсолютное нежелание к чтению сейчас, Картер повертела головой. Ученики мирно занимались своими делами - кто-то уроками, кто-то играл или просто болтал, обнимался или смеялся, читал или рисовал. Лили Эванс заплетала косичку какой-то первокурснице. Это действительно было прекрасно. Лицо Эванс будто светилось. В своей заботе к другим, искренности и доброте она была необыкновенна. Словно сошла с картины или с иконы. Прекрасная Лили. Джейн оставалось лишь с горечью подумать, что сама она только тень по сравнению с рыжеволосой старостой. Затем взгляд ее упал на Марлин. Маккинон о чем-то увлеченно болтала с парнем с седьмого курса. Должно быть, у нее было хорошее настроение. Сегодня на травологии Джейн работала с ней, и они много говорили о случившемся с Эдгаром и о Гвине. Профессор действительно сильно переживал это, считая себя виновным. Но Марлин радовалась, что с выздоровлением Боунса чувство вины в глазах Гвина начинает таять. Джейн понимала ее, влюбленную в героя школьницу, и сама надеялась, что профессор не будет терзать себя. Он не виноват в случившемся. У него и так много поводов для боли. Не хватало получить еще один.
У настоящих героев всегда есть трагедия за плечами. И они не бывают счастливыми. Только в сказках. А сказки лгут.
Дверной проем открылся, и в гостиную влез Сириус. Что-то в нем сразу напрягло Джейн, заставив вырваться из собственных размышлений. Должно быть, это нечто чужое увидел и Джеймс, так как лицо его сразу вытянулось, брови нахмурились, и он напрочь забыл об игрушках с Питером.
- В чем дело, Бродяга? - чуть ли не сурово спросил он.
- Ни в чем, - ответил Сириус, останавливаясь напротив друга. Поттер встал на ноги, не сводя с Блэка внимательных глаз.
- Поймал сегодня Нюниуса, шпионил за мной, - коротко произнес Сириус с наигранной небрежностью.
- Вот уродец, - Джеймс сердито сжал кулаки. - Вынюхивал про Лунатика, да?
- Да, - спокойно ответил Сириус. Джейн вскочила, чувствуя, что все это неправильно. Бродяга не может быть таким хладнокровным, когда речь идет о Римусе и Снегге. Что-то произошло. И Джейн ощутила, как тихий страх зарождается в сердце.
- Что ты сделал? - прошептала она, во все глаза глядя на Сириуса. Блэк перевел свои темные глаза на нее, и Джейн ощутила мурашки на спине. Взгляд этот не понравился ей. Он был чужим и холодным.
- Лишь то, что он хотел, - пожал плечами Бродяга. - Сказал, как попасть под Гремучую иву. И если этому трусу хватит глупости туда полезть, дело его.
Земля словно ушла из-под ног. Джейн так и замерла с открытым ртом.
- Что?! - выкрикнул Джеймс. Так громко, что многие стали оглядываться. Глаза его вспыхнули ужасом. - Ты хоть понимаешь, что наделал?! Он убьет его!
Оттолкнув Блэка, Джеймс пулей бросился вон из гостиной. Оцепенение с Джейн спало в то же мгновенье, когда спина парня скрылась.
- Джеймс! - крикнула она отчаянно и хотела броситься за ним, но Сириус не дал ей сделать этого, схватив за руку.
- Куда ты?
- Как куда?! - Джейн с ужасом взглянула на друга. - Джеймс не сможет обратиться в оленя при Снегге.
Кажется, до Сириуса только сейчас дошел весь ужас его немыслимого поступка, потому что в глазах его появился страх.
- Я просто хотел пошутить… - пробормотал он, выпуская руку Джейн из ослабевших пальцев.
- И что? - выдохнула Картер. - Смешно? Ты хоть понимаешь, что если Рем ранит Снегга, все узнают, кто он, и его исключат. А если что-то и с Джеймсом случится? Кем ты тогда станешь? Убийцей! А сам Лунатик? Он же не простит этого ни себе, ни нам.
Сириус потерянно взглянул на Джейн, и ей вдруг стало стыдно за такие жестокие слова. Она знала Блэка как никто и знала, что он никогда не желал подобного.
- Может, сказать Дамблдору? - предложил Хвост. И перепуганной Джейн мысль эта показалась вполне разумной.
- Да, - кивнула она, отворачиваясь от Сириуса к Питеру. - Иди сейчас же и скажи ему обо всем. Только про то, что мы анимаги, не проболтайся.
Питер кивнул и убежал.
- Теперь ты, - Джейн вновь вернулась к Бродяге. - Отправляйся в свою комнату и сиди там, пока мы не вернемся.
Сириус виновато взглянул на подружку полными сожаления о содеянном глазами.
- Я должен быть с Джеймсом, - уверенно произнес он. И сердце Джейн сжали словно невидимые тиски. Да, она тоже должна быть с Сохатым.
- Ладно, - выдохнула согласно Картер. Она ведь все понимала и все видела. И, конечно, знала. Давно ей не приходилось видеть Бродягу серьезным и взрослым настолько, как сейчас. Вместе они помчались вниз. Что бы ни было, они должны успеть. Защитить Джеймса и Римуса от того, что может произойти. Даже если им придется обратиться в свои анимагические формы и тем самым подвергнуться исключению.
Но едва друзья сбежали по лестнице, ведущей к парадным дверям из замка, как те открылись. Первым вошел явно рассерженный Дамблдор. Вид у него действительно был ужасен и грозен.
