Ведь есть еще Особая секция. Что, если книги дадут ей ответы, которые не знает Гвин? Джейн невольно подумала, будь бы жив тот, кто учил Гвина Древней магии, старый Жрец, смог бы он ей помочь? Но спрашивать она не стала. Какая разница, ведь тот Жрец оказался злодеем, и Гвину пришлось его убить.
- Скажите им, Джейн, - вновь подал голос Гвин. - Они заслужили знать правду. Особенно, ваш мистер Поттер. И мистер Боунс тоже имеет право знать, чем вы пожертвовали ради него.
Это будет не так-то просто. Джейн опустила взгляд, чувствуя пустоту в душе.
- Я скажу, - выдохнула она. Когда-нибудь. И может быть.
- Мне нужно идти, - с мягкой весенней улыбкой посмотрел на нее Гвин. - Нужно помочь Тоуну.
Гвин вытащил свою руку из ее ладоней, и там сразу сделалось холодно и пусто. Профессор поднялся и накинул плащ.
- Я сожалею, что сломал вашу жизнь, мисс Картер, - произнес он. И в его голубых как море глазах Джейн увидела вину и боль. - Знакомство со мной не приносит счастья. Всего доброго. И удачи.
Прежде, чем Джейн успела собраться с мыслями и ответить, Гвин развернулся и ушел, оставив после себя пустоту и тьму. Джейн опустила голову на руки, закрыв глаза и переваривая услышанное.
Она ведь догадывалась, что дело в Древней магии. Но боялась в это поверить. И вот самые страшные ее мысли сбылись. Джейн не винила Гвина, прекрасно помня, как он пытался ее отговорить, как предупреждал ее о последствиях. Это был только ее выбор. И ее последствия. Джейн не винила и Эдгара, ведь он даже не знал, какой ценой был спасен. Ей было страшно. Очень страшно. Неизвестность будущего пугала. Ведь ей нет даже семнадцати, а она уже теряет свои силы. И убивает ее не война. А магия. И Джейн не знала, как теперь быть. Жить, как ни в чем не бывало? Или рассказать друзьям правду, как советовал Гвин? Но тогда прежняя ее жизнь точно разрушится. Мародёры будут паниковать, опекать ее, бояться за нее. Ничто уже не станет как раньше.
Нет, сначала нужно разобраться самой. И если станет хуже, то, быть может, тогда им сказать. Потерянная в своих мыслях и страхах, Джейн поплелась обратно к своему столу.
Друзья смеялись над какой-то историей Сириуса. Казалось, они даже не заметили отсутствия подружки.
- Ты как будто в Лондон ходила, - фыркнул Джеймс. - А где пиво?
Картер растерянно взглянула на парня. Она совсем забыла о пиве, когда увидела Гвина. И очевидно, что после разговора с мужчиной, ей уж явно было не до напитков.
- Оно… закончилось… - ответила Джейн и подхватила свою куртку.
- Ты куда, Джейн? - первым спросил Римус. Джейн рассеянно посмотрела на Лунатика, затем обвела глазами остальных. Подозрительный прищуренный взгляд Поттера от нее не укрылся. Он заметил, что что-то не так. Да и остальные не слепые, а Джейн слишком плохая актриса.
- У меня голова разболелась, я в школу.
Джеймс стремительно поднялся, потянувшись за мантией.
- Я с тобой.
Джейн устало подняла на него глаза и заставила себя улыбнуться.
- Не нужно. Отдыхай, всё в порядке. Я дойду одна. Правда.
Лицо Сохатого выглядело весьма упрямо и грозно. И пока он не заворчал, Джейн помахала всем рукой и вышла на улицу. Дождь закончился. И теперь тишину нарушало капанье оставшейся воды с крыш и хлюпанье грязи под ногами. Скользя, Джейн поплелась в замок. И больше всего ей хотелось, чтобы этого дня не было.
Она сломала свою жизнь. Джейн не ощущала этого так явно, когда принимала решение. Может, даже не понимала полностью. Но теперь от ужаса ей хотелось кричать.
- Картер!
Джейн еле сдержала смешок. Стоило догадаться. Он слишком упрям, как и она. Девушка остановилась и оглянулась. По грязи к ней бежал Джеймс.
- Остался бы, не хочу портить тебе день своими заморочками, - произнесла она, коснувшись рукой его груди. На самом деле она была рада видеть его здесь, рядом с собой.
Глаза Джеймса взглянули на нее с теплом и тревогой.
- Давай я сам решу, что лучше для меня.
Джейн не хотела спорить. И не хотела, чтоб он уходил. Пока она не одна, можно не думать о словах Гвина. Тогда не так страшно.
- Давай.
Джеймс взял ее за руку, и вместе они пошли в школу.
========== 78. ==========
В ту ночь она не могла уснуть. Едва закрывала глаза, как тут же видела себя слепой и беспомощной. В страхе содрогаясь, она просыпалась и вновь ворочалась без сна. Один раз она сделала это слишком шумно, уже под утро, и сонная Лили заворчала на нее за это. Пришлось Джейн заставить себя лежать тихо.
На часах показывало уже полседьмого, а она до сих пор не могла уснуть, и это выматывало ее не хуже тех жутких мыслей, что толпились в голове.
Джейн чувствовала себя столь несчастной и разбитой, что ей хотелось кричать и крушить все вокруг. Но вместо этого она лишь плотнее закуталась в одеяло, пытаясь согреться и все-таки задремать. И, наверное, ей это удалось. Потому что когда Джейн в следующий раз открыла глаза, Лили и Амелия сидели на кровати Эванс, рассматривали какой-то журнал и негромко хихикали.
