В груди сжалось сердце. Не было ни одного ученика, даже среди первокурсников, кто бы не чувствовал неумолимо надвигающуюся угрозу. Близились темные времена. Боль. Смерти. Джейн уже потеряла тех, кого любила, и теперь безумно боялась, что подобное может произойти с ее друзьями и знакомыми, или их семьями. Она внимательно посмотрела на Бродягу, его вычерченные линией отсвета пламени в темноте черты лица, его неподвижный тяжелый взгляд. Как же повзрослел ее друг. Как же они все повзрослели…
- А знаешь, что самое ужасное? - продолжил Сириус после непродолжительного молчания. Джейн помотала головой. - Самое ужасное то, что моя семья, что все они стоят на стороне Волан-де-Морта. Мне противно даже думать о том, что я вернусь в этот дом, где от разговоров про чистоту крови, про маглов и пожирателей, хочется блевать. Где все смотрят на тебя, как на уродца, который встал на неверный путь. Я столкнулся сегодня с Регулусом. Мы разговаривали. Ты бы слышала, что он нес. Он такой же как все они. Он собирается присоединиться к пожирателям. С каким обожанием он собирает о них вырезки и статьи… Это мерзко, Джейн, быть их частью.
Губы Сириуса искривились в отвращении. А взгляд ожесточенно застыл на огне. И Джейн ощутила его боль. У нее больше нет семьи, да, но пока она была, то была лучшей. А каково Сириусу с семьей, где его практически ненавидят, где все думают иначе, так, как не думает и не хочет жить он?
- Сириус… - Джейн с жалостью посмотрела на друга. Но слова оборвались. Что она могла еще сказать, чтобы поддержать его, чтобы выразить ему все то сожаление и поддержку, что испытывала по отношению к нему?
Бродяга закрыл лицо руками, словно пытался спрятаться от подружки, чтобы она не видела его эмоций, чтобы помнила и знала его только с вечной маской нахального веселья. И тогда Джейн встала со своего кресла и подошла к парню. Опустившись на корточки подле него, она неуверенно коснулась руками его ладоней.
- Мы твоя семья, Сириус… - прошептала она. - Ближе вас у меня тоже нет никого. Ты не их часть, потому что ты не такой. И только тебе решать, кем ты станешь.
Сириус поднял лицо. Он секунду смотрел девушке в глаза, а затем вдруг потянулся ей навстречу, словно хотел поцеловать. Взгляд его заскользил с ее глаз на губы и обратно. И Джейн невольно резко отпрянула, не успев ни о чем подумать. Сириус тотчас же отклонился обратно. Глаза растерянно забегали.
- Иди спать, Джейн, - несколько резко попросил он. Джейн непонимающе мотнула головой.
- Пожалуйста, иди спать! - Блэк грубо повысил голос и рукой указал на лестницу, ведущую к женским спальням. Джейн поднялась и молча пошла к себе. Это было обидно, но она совсем не обижалась, потому что понимала, что бывают такие моменты, когда нужно побыть одному. Верила, что понимала. Лишь наверху лестницы она замерла и оглянулась. Сириус все так же сидел в кресле, подперев голову рукой, и смотрел на огонь. Боль с его лица исчезла, и сказать, о чем он думал, было невозможно.
- Спокойной ночи, Бродяга, - попрощалась Джейн. И в дверях услышала негромкое:
- Спокойной ночи, Джейн.
Джейн сонно уткнулась в учебник, в пятый раз пытаясь понять смысл одного и того же предложения. Но трансфигурация совершенно не лезла в голову. Девушка не выспалась и чувствовала себя растоптанной и размазанной по полу. Сидящий рядом Джеймс то и дело бросал на нее косые взгляды, но до сих пор воздерживался от каких-либо реплик. И дело было явно не в присутствии Макгонагал. Он молчал по другой причине. Но Джейн не знала, какой. Может, ему было просто все равно. Но мысли об этом варианте причиняли боль. Ну вот, опять она отвлеклась на собственные размышления. Значит, вновь перечитывать это дурацкое предложение, чтобы наконец-то вникнуть в его смысл.
- Мисс Картер, - голос Макгонагал прозвучал неожиданно сразу над головой. Джейн подняла голову - профессор стояло около их с Джеймсом парты. Девушка тут же попыталась принять самое праведное выражение лица, попутно думая, когда и как она успела накосячить.
- Позвольте поинтересоваться, где, по-вашему, вы находитесь? - с полной серьезностью спросила Макгонагал. Джейн не ожидала такого вопроса, но ответила без запинки:
- На занятии, профессор.
- В самом деле? - Макгонагал картинно выгнула бровь. - В таком случае извольте убрать с лица это отсутствующее выражение и заняться трансфигурацией.
Джейн пробормотала извинения и вновь уткнулась в учебник. Кое-как она дождалась звонка, проведя время в борьбе с усталостью и посторонними мыслями, которые лезли ужасно назойливо, как пчелы на мед.
- Не выспалась? - Римус нагнал ее в коридоре по пути на обед.
- Есть немного, - улыбнулась Джейн. Ей не хотелось тревожить друга понапрасну. Он тепло улыбнулся ей в ответ. Мимо друзей прошествовал Сириус в компании Амелии, и даже не обратили на них внимания. Джейн была рада тому, что он не грустит больше. Ночью он заставил ее сильно беспокоиться о нем, но сейчас от той боли в его глазах не осталось и тени. И это было очень хорошо.
