В тишине прокуренного кабинета громко тикали простые круглые часы на стене. Ничем не прикрытое оконное стекло медленно покрывалось снаружи морозным узором. Время подбиралось к десяти вечера. Маша всё время сидела одна, никто не приходил. Кипяток давно остыл, чай с пряниками она пить не могла. «Неужели я просижу тут всю ночь, – в ужасе думала она. – А в туалет? А на учёбу завтра? А спать-то как, сидя, что-ли?» Как ни странно, она не так уж сильно боялась, в душе была какая-то чёткая уверенность, что всё это скоро закончится, и закончится непременно хорошо. Следователь оказался нормальным человеком, а не тупым злобным служакой, и Маша надеялась, что он быстро во всем разберётся.
В коридоре раздались шаги нескольких человек, щелкнул дверной замок, и в кабинет влетел Серёга, румяный, довольный, в распахнутой куртке. Маша хотела кинуться ему на шею, но постеснялась. Следом вошел Серебряков и уселся на своё место.
– Сергей Юрьевич, присядьте, – кивнул следователь на стул у стены. – Итак, Мария Николаевна, ваши коллеги принесли нам видеозапись с камеры наблюдения, где прекрасно видно, как вы отдаёте пропавшую шубу мужчине. Это случилось, если я не ошибаюсь, – он заглянул в блокнот. – В три часа двадцать восемь минут, гм, пока ещё сегодня.
– Серёж, у нас чего, камеры есть? Я даже не знала, – удивилась Маша.
Сияющий Серёга вскочил.
– Я тебе потом всё расскажу, пошли давай. Вы ведь Машу отпускаете?
– Да её никто и не задерживал, – пробурчал Серебряков. – Распишитесь-ка оба, вот здесь, – он придвинул к ним по столу замусоленный журнал, прошитый толстыми белыми нитками.
Выйдя из отделения, Маша сразу замёрзла. Ледяной ветер хлестнул по лицу, по ногам, закружил колючие снежинки. От тихих хрустальных сумерек не осталось и напоминания, снег больше не искрился и не подмигивал приветливо.
– Представляешь, меня же не было вчера на работе, а Глеб с Андрюхой полдня эту запись смотрели, никак не могли эту твою шубу проклятую разглядеть. Они же не знали, что эта мартышка заяву ментам на тебя накатает, мы бы тебя раньше выручили. Глеб-то думал, что ты спокойно дома сидишь, – торопливо рассказывал Серёга.
– А как ты узнал, что меня забрали, и где я? – спросила Маша, стуча зубами.
– Ну, этот Серебряков уже вечером позвонил руководству и на тебя характеристику запросил. И Глеб, и я, мы поняли, где ты. И я за тобой поехал, и видеозапись следаку привез. Уж прости, что долго, пока отсмотрели да копию сделали, пока я добрался, пока его нашёл и плёнку показал.
– Ага, понятно. Да ничего, спасибо, что спас меня, – улыбнулась Маша. – Ничего же страшного не произошло. В камеру меня не посадили. Даже пряники предлагали. Черствые, как камень! – Сергей на этих словах усмехнулся.
– Ну и что же это за товарищ, который шубу унёс? – поинтересовалась Маша.
– В общем, в одиннадцать сорок три эта кикимора шубу свою сдала, а в три двадцать восемь чувак белобрысый эту же шубейку забрал. И быстренько так от стойки исчез. А ты прикольная на видео, бегаешь по кругу, как морская свинка в клетке, деловитая такая, прям ужас! – Сергей потеребил Машу за рукав. – Замерзла?
– Ну надо же, вот сравнил – морская свинка! Замёрзла, конечно, а ты нет? – проворчала Маша, пряча улыбку.
– Ага, мордочка такая серьёзная, лапками перебираешь, – хихикнул Серёга.
– Да ну тебя! Сам ты морской свин! С мордочкой наглой и лапками! – Маша попыталась затолкать Сергея в сугроб, но он даже не шевельнулся.
– Давай, я провожу, тебе далеко ехать? – предложил он.
– Не, не очень. Только пока я добираюсь, общагу, наверно, закроют, – вздохнула девушка. – У нас в одиннадцать вечера закрывают, и придётся стучаться и унижаться перед вахтёршей, а она злая ведьма на пенсии, будет бухтеть.
– А знаешь, чего, а поехали тогда ко мне, – робко предложил Сергей. – И зачастил: – У меня телик хороший, большущий, мы кино какое-нибудь посмотрим, у меня дофига всяких дисков. Я тебя покормлю, ты голодная, наверно, а ещё у меня чай есть крутой, ребята привезли из Азии. Спать будешь на раскладном кресле.
– Спать – это хорошо, я уж вторые сутки в пути. А… ты один живёшь? – неуверенно спросила Маша. – А то я припрусь к тебе, помешаю ещё.
– Теперь один, – грустно усмехнулся парень, доставая из кармана сотовый телефон. – Ехать только отсюда далеко, давай такси вызывать.
Серёга жил в отдалённом от центра спальном районе на восьмом этаже блочной высотки. Квартира была небольшая, но уютная. Чувствовалось, что обустраивала жилище женщина, и делала это с любовью и вкусом: прекрасно гармонировали между собой текстиль и обои, на подоконниках стояли давно засохшие цветы в красивых одинаковых горшках, на полках пылились изящные вазочки и статуэтки. На всех стенах виднелись еле заметные следы – более светлые прямоугольники, видимо, от снятых картин или фотографий. Но было ясно, что женщина уже давно не переступала порог этой квартиры, а Серега явно не утруждал себя генеральной уборкой.
