Пока не посмотрел на спящего сына — крошечного и такого родного.
Илья чувствовал, как предательски защемило сердце. Он наклонился к кроватке и осторожно погладил ребенка по щеке и тут же одернул руку, когда тот поморщился, испугавшись того, что разбудил.
— Не бойся. Не проснется, — шепотом сказала рядом Линда. — Он любитель поспать.
— Это же хорошо? — спросил Рик слегка обеспокоено. — Разве дети в его возрасте не должны целыми днями орать и кушать?
— Конечно, — ответила девушка, — значит его ничего не беспокоит.
Илья всматривался в личико своего сына и без труда находил сходство со своими чертами лица. Это умиляло. Рик был настолько занят рассматриванием ребенка, что не заметил, как Линда подошла вплотную к его спине. Он очнулся только, когда почувствовал ее руки, обнимающие его за пояс. Парень напрягся и расцепил ее пальцы, освобождаясь от объятий.
— Что ты делаешь? — тихо спросил он, поворачиваясь к Лин лицом.
— Я соскучилась. Рик, может быть, давай начнем все сначала? Я закрою глаза на твою интрижку с Марго.
— Интрижку? Линда, я люблю ее. Понимаешь? Люблю.
— Но, а как же я, Уил? Как же Макс?
— Макс ни в чем не будет нуждаться, ровно, как и ты, но наши отношения не изменятся.
— Не спеши с ответом, — продолжала гнуть свою линию Линда, — подумай, кто для тебя дороже? Родной сын, или она.
— Мне не нравится этот разговор, — начал закипать Илья, — мы с тобой это уже обсуждали. Ребенок это не повод для того, чтобы отравлять друг другу жизнь. Наша с тобой история закончилась, двигайся дальше, Лин.
— Ты все равно будешь с нами, — уверенно проговорила девушка, — Марго рано или поздно надоест делить тебя.
Линда озвучила как раз то, чего больше всего сейчас опасался Илья. Он столько натворил ошибок, так много раз обижал Риту. Сам удивлялся, как она еще не послала его куда подальше. Но пока Рита не отказалась от них, а Рик и в помине не собирался ее отпускать.
Илья провел с сыном почти восемь часов. За это время он успел научиться менять подгузники, подавать малышу соску, когда та коварно сбегала из маленького ротика, так же покормил Макса из бутылочки, так как Линда отказывалась кормить сына грудью, опасаясь, что та потеряет форму. А после уложил малыша спать. Макс сразу принял Илью, будто чувствовал, что с ним родной человек. Мальчик ни разу не заплакал, он весело махал ручками и ножками. Рик был в восторге и жалел лишь только о том, что матерью его ребенка стала не Рита. Ему было трудно расставаться с малышом, но билет на обратный рейс лежал в кармане, а самолет вылетал через четыре часа. Поцеловав Макса на прощание, он с тяжелым сердцем покинул дом родителей Линды.
Глава 20.
В аэропорту Илью встретил Никита. Друзья старались не привлекать внимания журналистов, которые караулили Рика, но все же некоторые из них заметили ударника. Подходить близко к парням папарацци побоялись, поэтому делали фото на расстоянии. Поняв, что спрятаться не удастся, Никита приобнял Илью за шею, а потом смачно чмокнул того в щеку.
— Ты че делаешь, дебил? — начал вырываться Рик.
— А что такого? — рассмеялся Штерн, — Пусть думают, что ты еще до кучи гей!
Илья хмыкнул, но спектакль решил поддержать. Воровато оглянувшись, он приобнял Ника спуская свою руку прямо на задницу товарища.
— Эй, ты там не заигрывайся, — рыкнул Штерн и оттолкнулся от друга.
Весело смеясь они сели в машину Ника. Выехав на трассу, Штерн спросил:
— Тебя куда?
— К Рите.
— Ее нет в городе.
— В смысле? — опешил Илья.
— В прямом, улетела вчера в Москву. Керр с Инной провожали ее.
— Она мне ничего не говорила, — пробормотал Рик.
— Насколько я знаю, ты тоже ей не все рассказываешь, — поддел друга Никита.
— Ой, вот только тебя мне сейчас и не хватает, — огрызнулся парень.
— Так куда едем?
— Тогда домой, я устал просто пздц.
Илья откинулся на спинку кресла и всматривался в темный пейзаж за окном. Ему не понравилось то, что Рита не сообщила о своем отъезде. Недоволен был и тем, что их разговор снова отложился на неопределенный срок. Они отдалялись друг от друга, и это ему чертовски не нравилось.
Никита изредка посматривал на друга, но заговаривать с ним не решался. Видел, что Рик на грани, слишком уж многое свалилось на него в последнее время. И это понимали все в их компании.
Вскоре они приехали к дому Ильи, и Ник заглушил двигатель.
— Малова хоть покажешь? — улыбнулся Штерн.
Рик достал телефон и протянул другу. На заставке красовалась фотография Ильи с маленьким комочком на руках.
— Прикольный.
— И что удивительно он очень тихий, я вообще думал, что дети постоянно орут, — ответил Рик, забирая свой телефон.
— Как Лин? — осторожно спросил Никита.
— Опять говорила о воссоединении, мать ее, достала!
— Угораздило же тебя, — посочувствовал Штерн.
— Сам в *запрещено цензурой*.
— Прорвемся.
— Ладно, пошел я. Посплю и на студию к парням.
Попрощавшись, Илья поднялся в свою квартиру. Спать ему не хотелось, он выспался в самолете, но на дворе стояла ночь, вряд ли на студии сейчас был кто-то из парней.
