А сам продолжал смотреть, сбивая с мыслей. Провоцируя… на что?
— Почему это? — возразила Иринка.
Герман вздохнул.
— По секрету — я и сам не умею целоваться. То есть умею, но делаю это… ну, тоже никак. Кроме того, если Гоша увидит, что у нас с тобой интрижка, он ни за что не осмелится к тебе приставать. Будет относиться… опять как к сестре. Я предлагаю тебе присмотреться к Костику. Или к какому-нибудь однокурснику.
Посылает ее к другим, а сам смотрит так, что она опять вся красная от смущения. Ну, сейчас она ему задаст!
— А вы мне нравитесь больше Костика, — дерзко сказала Иринка. — Вы взрослый, красивый, богатый, холостой, популярный, сексуальный, у вас есть квартира и машина. Почему бы мне не переключиться на вас? Мне кажется, мне будет приятно вас целовать. Можно прямо сейчас и начать практиковаться, как раз никто и не увидит. Я уже готова, а вы как, Герман Александрович?
Герман застыл. Вид у него был забавный. Он явно пребывал в замешательстве и не знал, как отреагировать на такую провокацию.
— Ты меня опять уела! Слушай, ну нельзя такие вещи взрослому мужчине в лоб говорить! — наконец, пришел он в себя. — Спасибо за такие щедрые комплименты, конечно, но для семнадцатилетней девицы ты что-то чересчур прагматичная!
— Для взрослого мужчины вы что-то чересчур впечатлительный! — фыркнула она в ответ. — Ну что, слабо меня поцеловать?
Он немного нервно рассмеялся, качая головой.
— Иринка, ты извини, ты очень хорошая, интересная, привлекательная, но я не буду этого делать.
Иринка завелась уже не на шутку.
— Мне кажется, вы надо мной все-таки издеваетесь.
— Ты сильно ошибаешься.
— Ну, хорошо. Меньше слов, больше дела!
Герман
Иринка была совсем еще неискушенной девочкой, он сразу это понял. То, как она говорила, как смотрела, как улыбалась — выдавало в ней неопытность. Она умела кокетничать, у нее было несколько явно заученных движений, которыми она пользовалась, чтобы привлечь внимание Гоши. Например, она любила встряхивать своими красивыми волосами и тут же бросать красноречивый взгляд на объект своего внимания. Выглядело это очень невинно и трогательно, но Германа это движение просто завораживало. А Гоша на нее даже и не смотрел толком, дурень, его интересовали только коньяк и Милана. Зато Герман весь вечер не сводил глаз с юной красавицы. И стоило ей в расстройстве присесть рядом с ним на крыльцо, как у него появилось предчувствие, что сегодняшний вечер закончится феерично.
Пока она жаловалась на своего Гошу, все было нормально. Он полностью себя контролировал и вел как настоящий препод, взрослый и разумный человек. Но он подозревал, что Иринка не будет Иринкой, если не устроит какого-нибудь представления. Весь вечер она терпела поражение за поражением, пытаясь привлечь к себе Гошино внимание. И сейчас разочарование и гнев вкупе с небольшим, но достаточным количеством выпитого спиртного клокотали внутри нее.
Кроме того, он заметил, что ей очень не нравится, когда он начинает разговаривать с ней «профессорским» занудным голосом. И теперь ему постоянно хотелось ее провоцировать. Она сердилась, поджимала губки и сразу становилась еще красивее. Хотя куда уж больше, ему и так уже жарко от ее присутствия.
Он в очередной раз загляделся на нее, потерял бдительность, и разговор как-то очень быстро стал чересчур интимным. Герман мысленно застонал от своей неловкости. Вот кто его дернул за язык? Дурак, полез с непрошенными советами.
С другой стороны, он честно пытался говорить с ней о математике. Целых десять минут. Не помогло.
Иринка тряхнула волосами и задумчиво посмотрела на Германа.
— Супер, — не успев подумать, на автомате выдал он. — Сделай так еще.
Она улыбнулась.
— Мне кажется, я вам нравлюсь, — чуть хрипловатым голосом сказала она и продела свою руку ему под руку.
Черт, неужели его так просто раскусить? Он растерялся и не мог придумать ни одного внятного ответа.
— Ээээ… Если только совсем немного.
— Мне кажется, вы не такой уж зануда, — она игриво потерлась носом о рукав его куртки.
Он шумно выдохнул воздух.
— Ты ошибаешься.
Господи, как жалко и неуверенно прозвучал его голос.
— А еще…
— Что?
Иринка неловко обняла его руками и приблизила свое лицо к его лицу вплотную. Он пораженно замер, боясь вспугнуть этот миг. Девушка испытующе смотрела на него своими необыкновенными глазами, словно хотела что-то прочесть по его лицу. Дыхание их перемешалось. Герман и хотел, и одновременно боялся того, что произойдет в следующий момент. Заноза внутри него все еще царапалась.
Иринка закрыла глаза и робко, по-девичьи прикоснулась своими губами к его губам. Он задержал дыхание и увидел вблизи ее длинные ресницы, ее милый вздернутый носик, маленькую родинку под прядкой светлых волос на левом виске. Его сердце медленно пропустило несколько ударов, а потом забилось, как сумасшедшее.
А потом он вздохнул, плюнул на все свои принципы, крепко обхватил Иринкино лицо своими руками и поцеловал ее по-настоящему, как умел.
Ирина
